здѣсь мыслящая сила дала мнѣ почувствовать, что я не всегда могу жить; но . . . уже я стоялъ на высочайшей ступени за-Байкальскихъ Альповъ, которыя превышаютъ всѣ хребты Алтая, благоговѣлъ — и принесъ мольбы Всемогущему ! Милые сердцу моему никогда не были ближе ко мнѣ, какъ въ сіж восхитительныя минуты. Температура воздуха была очень холодна; я наскоро записалъ въ своей дорожной книжкѣ сіи впечатлѣнія, но не видіщ, ибо никакая кисть не можетъ изобразить здѣшнія обворожительныя, дикія картины ; между тѣмъ рука часовъ мчала меня искать убѣжища отъ жестокости мороза, и мы съ проводки-: комъ побѣжали скоро по скользкой снѣжной равнинѣ, которая вела къ гор'і Спускной, — но и здѣсь нѣтъ слѣдовъ жизни : унылыя окрестности представляютъ первобытное состояніе природы, всй признаки начальной дикости І — Вершину Хамаръ - Дабана (въ переводѣ съ Буряшск. НосЪ Хре* бетЪ) отъ водянаго горизонта Байкала полагаютъ до 3,ооо саженей, — не смѣю однакожъ утверждать сего. Г
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4