наго пріюта, они не могли обрѣсти для себя лучшаго, какъ здѣшнія одичалыя горы и лѣса мрачные, удаленные отъ проницательнаго взора сильныхъ Хановъ. Языкъ ихъ происходитъ отъ Татарскаго и Мунгальскаго; многіе изъ нихъ хо тя и крещены * но обитаютъ въ преяінемъ мракѣ идолопоклонства. Карагассъ приноситъ мольбы солнцу и небу, благоговѣетъ предъ рѣками и горами, благодѣтельны* ми, питающими его. На высокихъ хребтахъ и берегахъ обрывистыхъ сіи народы приносятъ жертвы — голову и сердце убитаго медвѣдя дичи ; потомъ, умоливъ объ удовлетвореніи своихъ нуждъ, съѣдаютъ свои дары. Под-? ходитъ ли Карагассъ къ рѣкѣ, — онъ жертвуетъ ей нѣсколько табаку, древесную вѣточку, которую срѣзываетъ, съ лучшаго ему встрѣтившагося дерева, лоскутокъ мѣху и тому подобное. Но каждый народъ болѣе или менѣе преданъ суевѣрію: найдите мнѣ во всѣхъ концахъ свѣта человѣка, и образованнаго, и дикаря, которой былъ бы совершенно чуждъ предразсудковъ? Самъ Цезарь, великій Цезарь, въ по-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4