выхъ птицъ , воскликнулъ, »что онъ нигдѣ въ своей жизни лучше сей страны не видывалъ !« Похвала, изливавшаяся изъ устъ великаго человѣка, до того была чрезвычайка, что онъ, упоенный чувствами зримаго, въ восхищеніи, избралъ провести ночь при одномъ изъ здѣшнихъ источниковъ. Берега Чикоя покрыты кедрами , соснами , топола- ми, ильмами , березами и множествомъ другихъ разнородныхъ кустарниковъ ; на островахъ растетъ тальникъ и черемушникъ. Дно Чикоя хрящеватое и отчасти песчаное, мѣстами подводные камни возбуждаютъ пловца оставлять свою безпечность, столь принадлежащую въ дни ясные человѣку , знакомому съ тѣми водами , при коихъ онъ родится, проводитъ младость и достигаетъ вечера своей жизни. При деревнѣ Б ута ҍ, гдѣ впадаетъ въ Чикой рѣчка сего же имени, возвышается надъ водою каменный обрывистый утесъ. Эхо, издаваемое сею скалою , представляетъ занимательную игру природы : оно изражаетъ самый чистый отголосокъ говорящаго, во всѣхъ изгибахъ словъ его — и плава-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4