Мимо котельной, через овраг, оставил монастырь по левую руку. Перелез через теплотрассу, громыхнув железом. Вот и дом. Немного постоял, прислушиваясь. Вроде тихо. Прошёл через калитку. Тут его уже не видно с дороги. Постоял у дома. Покурил. Ну, вроде как и всё. Можно. Для начала нырнул в полуподвальный первый этаж. И сразу понял, что не повезло. Остро воняло вокзальным туалетом. Швырнул луч фонарика под ноги. Так и есть. Придется очень тщательно выбирать место, куда ставить ногу. С первого взгляда стало ясно, что поклёвка пустая. В избушке взять было нечего. Всё или сгнило, или было вырвано с корнем задолго до него. На всякий случай для очистки совести побродил по комнатам. Пустота. Только множество куч на полу. Кто-то использовал первый этаж в качестве нужника. И очень так плотно использовал. Вышел на улицу. Отошёл подальше от плесневелой двери. Отдышался. Решил всё же заглянуть и наверх, хотя надежды особой и не было. Просто оставалась куча времени. Наверху как-то сразу стало не по себе. Не так, как иногда бывает в развалинах. Никакой мистики. Только непонятное животное чувство. Чувство опасности. Тем не менее успел оценить интерьер на предмет хабара. Без вариантов. Голяк. Остановился в коридоре. Сзади кухня. Вправо зал. Влево сзади — крохотная комнатка. Влево впереди — ещё одна. Все просматриваются. Кроме дальней левой. Только ворох старых газет на полу, окурки и битое стекло. Тревога не уходила. Если что-то и было, то это было в той самой каморке. Тут он понял, в чем была необычность. В доме пахло человеком. Не пылью, трухой, сыростью и запустением, как должно пахнуть в покинутом жилье. Нет. Именно че40
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4