К вечеру совсем хорошо, но уже поздно. Покраска откладывается до утра. С утра дед малюет в огороде с довольным видом. Столбы и забор выходят яркими, зелёными, красивыми. Ещё через неделю приходит беда. Краска отказывается сохнуть. Через месяц надежд не остаётся совсем. Спустя полгода, зимой, дед убеждается, что краска пачкается и на морозе. Верёвки, растянутые между стойками, испачкались, похоже, вполне самостоятельно. Хотя батя говорит, что это птицы. Бабка вешает сушиться бельё где придется. Дед ворчит, что сгниют полы. После рождества злющий дед вооружается здоровенным косяком и идёт скоблить бревна от краски. За его спиной топится баня. Бабку мучает прострел в пояснице. Баня топится главным образом для неё. Через час прогревается баня, а дед добела отодрал краску от бревён вешал. Бабушке соседка насоветовала от прострела натереть поясницу скипидаром. Самой тереть поясницу неудобно. Да и без этого скрючило — не до изгибов. Зовёт деда. Дед, перемазанный зеленью, вламывается медведем в баню. Почти не ругается. Но вообще он не любит, когда его дёргают. Пытается взять клешнёй, на которой только большой палец и часть мизинца, скользкую бутыль со скипидаром. Не получается. Уж очень рисково. Берёт правой, целой. Теперь другая беда — плеснуть бы порцию терпентина на ладонь. Но ладони нет. Поэтому примеряется и плещет прямо на поясницу. Раздается вой. Бабуля, в чём мать родила, пробкой вылетает из баньки и начинает бегать вокруг сруба по снегу, время от времени присаживаясь в сугроб. На её пояснице здоровенная зелёная полоса. Я ошалело смотрю на все эти домашние артикулы. 37
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4