- Так это ты, подлец, донос на Василия Васильевича Шмонина написал? - Я и на тебя напишу, коли в свою банду не возьмёшь. Попробуй, тронь меня. Письмо в комитет сегодня же будет послано, коли со мной что случится. Научен. Подготовился... После такой наглости и двух суток нервного напряжения хладнокровие покинуло выдержанного унтера. Схватив левой рукой Митякова за плечо, резким рубящим ударом японского самурайского ножа рассёк ему все одежды от воротника, включая ширинку брюк. Штаны с перерубленным поясным ремнём спали. Из ранки на надсеченной коже живота на снег закапала кровь. Словно подкошенный, упав на колени, Евдоким взвыл голосом погибающего и побледнел. Разглядывая рану, нервно ныл, прощаясь с жизнью. Почувствовав себя во власти непредсказуемого человека, ползая на коленях, скулил, вымаливая прощение. - Это тебе за загубленного старика Василия Васильевича Шмонина, свата Анны Ивановны Морозкиной. Пока убивать тебя не буду. Запомни, против меня или моих друзей вякнешь, мёртвый достану. Мои други с японской войны тебя выпотрошат за своего унтера. Сегодня же отпишу кому надо. Пошёл прочь. Правильно, за дело тебя Козлом в деревне кличут. И, по всей видимости, Гиббон от тебя пострадал. Слухи о его вояже в Ундол распространяешь. Он тебе доверился, в черкутинский комитет бедноты взял, а ты утаил от него, что бывший красный фараон. У блатных это не прощается. Понял, на что намекаю? Митяков, торопливо семеня ногами, обутыми не по размеру в большие валяные сапоги, поспешал к своему дому. Снятая с плеч и прижатая к груди куртка прикрыАлександр Морозкин «ЗЕЛЁНОЕ РАСПУТЬЕ» 95
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4