деловыми женщинами около коров в конюшне. Знахарка доложила: - Удивительно, Василий Трофимович, но всё нормально. Коровы как дойный скот не испорчены. Все пять стельные, Васятка. Истощены только. Зашила я им раны суровыми нитками и пластыри на клею поставила. И новость у меня неприятная. Мальчишки Ершовы только что доложили, Митяков у кузницы передал проезжим чекистам какое-то письмо. - Ничего страшного, Анна Ивановна. Не переживай, отобьёмся. Сегодня дарственную от всей деревни оформим, а завтра поутру Иван Батьков с юными помощниками их перегонят в пустующую конюшню черкутинской больницы. Бог даст, летом с молоком будем. - Я, Анна Ивановна, поведение собак анализирую. И, к сожалению, не всем понятно, кому и у кого следует перенимать науку выживания и верности. Зарождается у нас в лесу собачья стая, куда более искусная, чем волчья, когда вожаком становится имеющая хозяина собака - сука. А она, чтобы защитить и прокормить своё потомство, изгоняет из своих владений все волчьи стаи. Надо же какие молодцы. Ценой собственных жизней коров спасли и добычу отбили. Думаю, после нынешней ночи отвыли здесь волки, как бы наши собаки охоту на мясозаготовителей и дезертиров не открыли, чтобы защитить оставшийся скот. Анна Ивановна, слушая его, предложила свою версию их поведения: - Думаю, этого не будет. Пастушьи собаки хотя и в лесу живут, но они домашние. Тем более деревенские к ним примкнули, пока еда есть, они будут от заготовителей скотину отгонять в чащобы. Мясной скот, особенно быков, собаки в деревню не загонят. Александр Морозкин «ЗЕЛЁНОЕ РАСПУТЬЕ» 331
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4