жит. Пусть едут через Андарово. Здесь у моста и встретимся. Понял? - Понял, товарищ комиссар. - Покушаешь, отдохнёшь до рассвета у нашего друга товарища Антонова и поедешь. - Спасибо, я уже покушал и отдохнул у него. Поеду по прохладе, пока луна подсвечивает. Гонец уехал, а Петровский, стоя на крыльце, обдумывал, как бы подзадержать на денёк- другой на подходе к селу Черкутино недобитков зелёной армии. Из лесов выкуривать повстанцев труднее, чем их туда не допустить. Рассказал подошедшему Антонову о задании губЧК. - Что тут думать, Олег Кузьмич? Ехать надо верхом немедленно к группе офицеров, следующих за зюзинцами, и к крестьянским повстанцам. Предлагаю сообщить им о готовящейся засаде на полях у Черкутино. Да приврать, что в наших лесах уже объявились красноармейцы со стороны Ундола. Объявилась болезнь чума. Есть умершие. Вывесить попутно объявления на церкви и мельнице в селе, запрещающие местным жителям посещать заразный лес. Допускать в наши леса и деревни голодные полчища грабителей ни в коем случае нельзя. Все окрестные селения разграбят и пожгут. Жеребец Глушенкова через полчаса стоял у коновязи под строевым седлом Мосея Герасимовича. - Поеду безоружный. Представлюсь начальником штаба Глушенкова. Сообщу, что отряд отходит от Черногорья с табунами скота в сторону Москвы в Покровский уезд. Одетый, как обычно, в чёрный пиджак с георгиевским крестом, под пыльником, Антонов в новой офицерской фуражке выглядел молодцевато. 286 Александр Морозкин «ЗЕЛЁНОЕ РАСПУТЬЕ»
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4