шимся горбом большая дорога встала. По такой распутице даже шагом лошадкам двигаться невозможно. Провалившись по брюхо в дорожном гребне, топчутся, топчутся на одном месте и сворачивают на целину. Но и по ней далеко не уедешь. Насыщенный водой плохо осевший глубокий снег сани передками подпирают в кучу. Всё, приехали. Далее пути нет. Возницы с санями с выдавленными передками, сидя верхом, в отяжелевших валяных сапогах ищут местечко, где можно задержаться на день-два до мороза. Облегчённые сани то плывут, а то, скрывшись в снежном месиве до наклесок, невидимые сопровождают едва ползущую, увязающую по гужи лошадь. Дома на околицах деревень и сараи, а особенно круглосуточно работающая андаровская чайная в овине - самое подходящее место для такого периода. В обширном помещении чайной зависающий сизым облаком табачный дым не перебивает запах мокрых дублёных овчин и дёгтя. Висящая у высокого потолка керосиновая лампа «Молния» различима только огоньком фитиля. По левую сторону от печи за столами посетители. По правую - на дощатых топчанах, покрытых брезентом, лежат рядком обутые-одетые застрявшие отдыхающие. Где- то впереди прилавок со стоящим на нём трёхве-дерным самоваром. Здесь при новой хозяйке Эльвире не принято без покупки спиртного и закуски привечать заехавших отдохнуть. Вопреки порядку, заведенному Савелием, нет больше в чайной стола для нищих и обездоленных. Безденежным и нищим подают только объедки с выносом. Потому новая хозяйка не пользуется авторитетом ни у деревенских, ни у посетителей. Жадна и нахальна чувствующая защиту особа. Доходы делит с товарищем Годюком по договорённости пополам, но он от своего человека знает Александр Морозкин «ЗЕЛЁНОЕ РАСПУТЬЕ» 221
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4