Нук-ты-сам 63 Едва выехав на свою дорогу, услышал далекие раскаты грома. Гроза все ближе и ближе. Усилившийся ветер погнал пыль по наезженной телегами дороге. При очередном сильном ударе грома Ишка остановилась. Пришлось остановить и Звездочку. Потоптавшись, ведомая коняга улеглась у дороги. Понявший ее поведение опытный армейский наездник заговорил: - Вон оно что! Не отвыкла, милая, еще от бомбежек и обстрелов. Гром это. Привыкай к новой жизни. Ехать надо. Поднимайся, поднимайся, обмоет тебя от вагонной грязи теплый дождичек. Крупные капли зашлепали по пыльной дороге. Кобыла, словно поняв человеческую речь, поднялась и продолжила путь под струями проливного дождя. Много еще разных смешных и грустных причуд, понятных только бывалым фронтовикам, объявилось за раненой лошадкой. Чтобы Ишка лучше освоилась в новой жизни и округе, передали ее колхозному объездчику Николаю Кулову. Частенько нетрезвый колхозник то с телеги упадет, то на нее подняться не может, на земле спать уляжется. Под бдительным контролем своей умной лошади оказался он в очень незавидном положении. Упавшего с телеги горе-кучера Ишка, развернувшись на дороге, пытается пробудить, поставить на ноги, зубами захватывая одежду и брючный ремень. Так натаскает и накатает в дорожной грязи пьяного бедолагу, что постоянно выставляет его на посмешище. Так и продолжал бы бездельник Кулов напиваться до потери сознания, кабы не произошел с ним коварный случай. В бедном глуховском колхозе, где люди работали за почти не отовариваемые трудодни, многие мужики после этого случая поумнели.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4