108 Александр Морозкин задним ходом к церковной колокольне. Понятно, для чего в кузове под потерпевшим оказалась солома. Явно для того, чтобы кузов не гремел при погрузке досок. Тихоня-сынок по научению травмированного отца скрыл это. - Поехали, хозяйка. Покажи нам своих козлят. Следователь с дознавателем повезли старушку к дому. Их окружил табунок из двух крупных рогатых коз, двух больших, зимнего ягнения, черных рогатых козликов и небольшой белой козочки. Из крон столетних лип, стоящих у церковной колокольни, доносилось жалобное блеяние уставшего орать козленка. Он-то и будоражил село своими воплями вечерами и ночами. - Бабуля, найдется толстая веревка? Спущу на землю твоего козленка, - с улыбкой сказал молодой дознаватель. - Найдется, сынок, найдется. Козлята у меня совкие - вечно лезут, куда ни попадя, суются везде, они на колокольне до креста по лесам и трапам заходили. С месяц назад гляжу - машина подъехала. Шофер говорит: наш батюшка для другого храма попросил его десяток досок с настилов и трапов подвезти. Когда еще увозили - не знаю, не слышала. - Зато мы знаем. На соломку доски потемну укладывались, чтобы не гремели. Наверняка, насидевшись на верхних ярусах лесов, один из крупных черных рогатых козлят и сиганул в кузов на солому. Специально или случайно приземлился на спину вора. Забравшись до уцелевшего настила по боковым пришивным лестницам, молодой помощник спустил отощавшего козленка на землю. Оглядевшись, понял: козлята лазили обгрызать с кирпичной кладки сдобренный известковым раствором лишайник.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4