Александр Морозкин НУК -ТЫ-САМ НЕПРИДУМАННЫЕ ИСТОРИИ 2018
Морозкин Александр Александрович М80 Нук-ты-сам. Непридуманные истории / А. А.Морозкин - Владимир : Изд-во «Транзит-ИКС», 2018. - 140 с. : илл. 15ВМ 978-5-811-1122-4 Генетическая память русского народа исконно связана с крестьянским бытом и окружающей средой, где человек жил в гармонии с природой. Люди старшего поколения вожделенно вспоминают, как они засыпали и просыпались под пение птиц. Пили из родников и речушек хрустально чистую воду. Дышали воздухом, насыщенным ароматами лесов, лугов и земли. От них можно услышать почти невероятные, отражающие время непридуманные истории. Некоторые предлагаются вашему вниманию в этой книге. УДК 82-3 ББК 84Р6 15ВЫ 978-5-811-1122-4 © Морозкин А. А., 2018 © Издательство «Транзит-ИКС», 2018
ПРЕДИСЛОВИЕ Весна на лесной Владимирщине неторопливо вступает в свои права. Солнечные склоны полей и лугов пестрят желто-зеленым ковром трав и цветов, а в лесах дотаивает снег. Андарово, красивейшая самобытная деревушка в пятнадцать дворов, расположилась на южном склоне одноименного урочища. В этом благодатном местечке не приживаются даже летом комары. Вечерами теплые восходящие воздушные потоки окутывают огороды и слободу. Высокие здешние дома, деревянные и кирпичные, еще сохраняют признаки былого достатка своих хозяев, но железные кровли уже потемнели от ржавчины. За домами - сады, молотильные и сенные сараи, риги, амбары, льнохранилища. По задам их огибает большая дорога, что издревле идет из Великоновгородчины на Владимир. Недалече придорожные села Черкутино и Глухово. В семнадцати километрах - станция Ундол. До революции деревня была трактовой, государевой, и славили ее два круглосуточно работающих кабака. Местечко известное. Когда-то, в незапамятные времена, здесь находилась великокняжеская гамазея - склад для собираемых податей. Под деревней, на склоне - бани. Ниже - пойменные луга тянутся вдоль берегов журчащей речушки Тунгирь. Ее
4 Александр Морозкин пойма, скрытая зарослями ольхи, черемухи, ивняка, густыми кронами огромных ветел и дубов, - обиталище птиц и мелкого зверья. Сквозь колючие кусты малины и шиповника местами не продраться к студеной ключевой воде. В сотне метров от околицы Тунгирь впадает в Воршу. На противоположной стороне распадка возвышается большой смешанный лес. Здесь, на лесной границе Ополья, он последние два столетия обеспечивал постоянной работой все окрестное население. Ухоженные поля и облагороженные пастбища приносили немалый доход. Коллективизация, прошедшая в 1929 году, не принесла благ на эту землю. В пятидесятые годы минувшего столетия повседневная жизнь в деревне текла безрадостно и однообразно. По звону колокола на колодце происходило недолгое оживление бедно одетых колхозников, спешащих на работы, а потом на улице снова становилось пусто и тихо. Казалось, окна старых, но еще добротных домов с сожалением наблюдали, как люди отвыкают от прежней самостоятельной жизни. Не видно лошадок у личных коновязей - их и вторых коров с телятами сдали в колхоз. Через вымирающую деревню все реже проезжают телеги и автомобили с районными и областными руководителями. Только в уборочную страду, при госпоставках, вереницы телег встречными потоками воскрешают картину былого величия крестьянской России. По древнему пути, напрямую, ездят, пока сохраняются старые мосты. А далее?.. Забвение выкосит придорожные деревни. Ни машин, ни тракторов в колхозе нет. Бедность не поставишь в укор местным колхозникам. Работать они не разучились. От прежней достойной жизни сохранились у стариков, в назидание молодежи, внутрен-
Нук-ты-сам 5 нее благородство, степенность, сметка и рассудительность. По показателям колхоз - один из лучших. Планы заготовок колхозники выполняют за себя и за кого-то. А вот хозяйствовать им не позволяется. Почти все результаты нелегкого крестьянского труда съедают госпоставки и поборы многочисленных вороватых начальников, уполномоченных, инспекторов, инструкторов и проверяющих. После смерти Сталина они бессовестно вымогают то немногое, что должно достаться на трудодни колхозникам. Некоторые из них, выпущенные по амнистии из тюрем, на доходных должностях только и делают, что запугивают и обирают. За любое упущение и противодействие нещадно штрафуют. Мстят дружной «кулацкой» деревне за умение силами беспенси- онных стариков и подростков на тайных лесных полянах выращивать табак на продажу и хлеба на пропитание. Эта ставшая скандальной самовольная инициатива «андаров- ских выскочек» бесит партийных и государственных руководителей района. Из деревни, подальше от беспросветной колхозной нищеты и бестолковщины, разъезжается молодежь. Весело и беззаботно пока живется только детворе. Хотя ребятишкам с малолетства приходится приобщаться к труду - посильно помогать родителям, весь день пропадающим на колхозных работах. Семилетний Сашок - старший ребенок в семье «Анниных». Это деревенское прозвище от имени семидесятилетней Анны Васильевны Морозкиной заменило ее детям и внукам настоящую фамилию. Так в российской глубинке заведено: женщина становится главой рода, когда мужчины воюют или, того хуже, сидят по доносам. Где и за что сидят - уточнять не принято.
б Александр Морозкин Родился Сашок в семье районного лесничего, инвалида Великой Отечественной войны Александра Андреевича Морозкина. Мать Клавдия Никифоровна - портниха. Кроме Сашка, у Морозкиных еще трое детей - сыновья Вова и Васек и дочь Галя. Живут они в большом старинном двухэтажном доме. Их закадычные приятели-сверстники - «артистка» Люси (по-деревенски - Люська) и ее брат Санек. Летней порой эта компания разрастается за счет малолетних дачников. Верховодит всеми десятилетняя Люси. Она на три с лишним года старше Сашка. Соперничества между ними не наблюдается. Просто второгодница Люси, пользуясь силой, побивает всех, кто слабее ее. Сашок заступается. Чтобы заслужить уступки, выполняет за Люську домашние школьные задания. Любознательного внука бабушка Анна Васильевна выучила грамоте к пяти годам. По ее заданию он пишет сочинения про разных животных. Читает их, а еще газету «Пионерская правда» и книги из домашней библиотеки соседским детям. Его заслуженный таким образом авторитет не нравится разбойнице Люси. Бабушка предупреждает: «Ох, Люська, вот подрастут мальчишки - плакать от них будешь, если хулиганить не перестанешь». Живет компания, несмотря на Люськины проделки, в вечных поисках развлечений и баловства. Рыбалки, походы в лес, посещения колхозных сараев, конюшни, скотных дворов, крольчатника, свинарника... Всех захватывающих приключений в мирке этих досужих и смелых ребят не перечесть. Сашок собирает услышанные истории про людей и зверей. Его живое детское воображение все навязчивее будо-
Нук -ты-сам 7 ражит лес. Юному мечтателю представляется, будто там, в сумрачных невидимых глубинах лесной чащи, есть что- то таинственное, невообразимое. Ему нравится неслышно скользить среди деревьев в поисках источника странных звуков и шорохов. Увидев, что это всего лишь трущиеся друг о друга или надломленные стволы, он не разочаровывался. Продолжая свои исследования, то натыкался на звериные норы с играющим возле них молодняком, то опасно сближался с лосихами, опекающими новорожденных лосят. Делал открытия. Оказывается, - размышлял Сашок, - в жизни зверей и людей так много общего. Он подмечал, что животные воспринимают человеческое дитя снисходительно. С некоторыми лосями, оленями, коровами, лошадьми и даже со зловредными колхозными быком и козлом у него завязалась своеобразная доверительная дружба. Завоевывать расположение лис и енотов помогали приносимые из деревни дары - дохлые куры. Познавательными партнерами по играм и самыми благодарными участниками проникновенных бесед были голуби, кошки, собаки, жеребята и телята. А о своей воспитаннице лисе Сашок мог писать и говорить бесконечно. Некоторые его истории-рассказы являются автобиографическими.
РЫЖКА Прохладное туманное апрельское утро 1955 года началось в деревне Айдарово, в колхозе «Первое мая» на Владимирщине, с новостей. Вечером конюх Мосей Герасимович Антонов при попытке забрать лошадям на подстилку остатки лесного стожка обнаружил под подиной - подмостком стога - лису. Она выбежала из укрытия, но после отъезда телеги с сеном торопливо вернулась к подине. - Там под бревнами и слегами наверняка у нее лисята, - судачили женщины вечером у колодца. Деревенские слухи распространяются быстро. Когда после утреннего удара колокола колхозники в ватниках разошлись по работам, трое деревенских мальчишек - семилетний Сашок и шестилетние Вова и Санек, обрадованные новостью, собрались в своем излюбленном месте, за зерновым амбаром. Поставленный на дубовых столбах, он нависал над косогором. Рядом, у огромной запарочной бочки, бок которой однажды проломил расшалившийся бык, лежали бревна. Здесь-то мальчишки обычно и планировали свои тайные походы.
Нук - ты-сам 9 Место, где находились остатки стожка, было известно. Идти предстояло по влажной низовой луговине, устланной подопрелой прошлогодней травой. По луговым ложкам в спавшую после паводка речку Тунгирь ручьями струилась вода, которая вытекала из-под снега, тающего в лесных оврагах. Было бы тепло и сухо - другое дело, но тут пришлось экипироваться по погоде. Вся малолетняя компания вырядилась в затасканные куртяшки и - за неимением непромокающих сапог - в галоши, надетые на шерстяные носки. Холодная роса, падающая с веток кустарников, обдавала одежду каплями. В пойме реки, залитой туманом, гомонили птицы. Не менее шумную ребячью компанию сопровождали своей трескотней назойливые дрозды. Здесь, на прибрежных черемухах и ольхах, увитых свисающими лианами хмеля, у них старые гнездовья. С бугра, со стороны деревни раздался крик подружки Люськи: - Эй, подождите меня! Ради экспедиции за лисятами Люська, второклассница- второгодница, ушедшая поутру в школу в соседнюю деревню Волково, вернулась с полдороги и теперь примкнула к малышне. Переодеваться недосуг. Из-под куртки девчонки выглядывало школьное платье с фартуком. На ногах - ботиночки с носочками. - Сашок, у твоего отца есть старые кожаные сапоги. Сбегай переобуйся. Будешь переносить меня через глубокие места. Дошкольник Сашок ниже розовощекой упитанной Люськи на целую голову. Он, конечно, был огорчен ее появлени-
10 Александр Морозкин ем, но спорить не стал - себе дороже. Побежал за отцовскими яловыми сапогами. Своих сапог у него не было - из старых кирзачей мальчишка вырос, и теперь их, с протертыми до дыр голенищами, посуху бережно донашивал брат Вова. - А остальные, - продолжала командовать Люси, - бо- сиками перейдут. Или пусть ждут, когда мы вернемся. На этих словах ее брат Санек захныкал. ...Задержка на переобувание получилась недолгой. Ребячий отряд двинулся дальше. Командирша распорядилась пересечь речку не по мосту, а по наносимому еже- вёсно древесному завалу. Над припруженной стремниной дети поползли на другой берег. Люси, красуясь своей отвагой, выпячивая зад и цепляясь за корни и стволы деревьев, лезла, как всегда, впереди. За ней - одногодки Санек и Вова. Сашок замыкал процессию. Тряхнув последнюю лесину для острастки остальным, девчонка спрыгнула на берег. Навстречу ей из зарослей вышел, насвистывая, долговязый Яшка Марьин - вдовий сын. Ему четырнадцать, в прошлом году он бросил школу и теперь пасет деревенское стадо. Кормиться у сельчан «по чередам» ему полюбилось. А по осени еще и натуральной продукцией снабдят, и деньгами доплатят - хорошее подспорье сиротской семье. В колхозе не заработаешь столько, чтобы прокормить пятерых (Яшка живет вместе с матерью, бабушкой и двумя сестрами). Его семья считалась в деревне «пролетарской». Как и при живом родителе, бывшем на заре Советской власти комбедовцем, не желая возиться с огородом, они побирались у жалостливых соседей. Даже дрова на зиму не заготавливали.
Нук - ты-сам 11 Не по росту длинные брюки гармошками спускались на большеразмерные проклепанные кожаные бутсы. Этим подарком отцовского фронтового друга Яшка очень гордился. Носил, не снимая, зимой и летом, вышагивал в своей обуви по-лошадиному - с топотом. - Куда это мелкота торопится? - Не твое дело, - буркнула Люська, уязвленная таким обращением. И, решив похвастаться, добавила: - Узнаешь - завидовать будешь. - Да ладно, - хохотнул Яшка, тряхнув рыжей патлатой гловой. - Еда есть? Что там у вас с собой? Яйца, огурцы соленые, горбухи?.. Если отдадите - покажу, что у меня в вещмешке. - Согласны, - за всех ответила Люси, как обычно, не имеющая собственных припасов, и первой сунула нос в раскрытый мешок. - Объегорил я вас - рано утром нашел стожок и лисят забрал, - бахвалился Яшка, заедая вареное яйцо домашним ржаным пахучим хлебом, сдобренным подсолнечным маслом и посыпанным солью. - Вот, покупайте, коли деньги имеете. Ребята, обступив мешок, разглядывали и поглаживали едва открывших глаза крохотных лисят. ...На обратном пути они осмелели и смогли быстро преодолеть завал. Не замечая, что в галошах уже хлюпает вода, дети говорливой гурьбой направились в сторону деревни следом за Яшкой. В своих вездеходах он гордо вышагивал, не выбирая дороги. Решив продать живой товар кому-нибудь из проезжающих, подросток разместился за деревней на «торговой
12 Александр Морозкин лавке» и выбегал с раскрытым мешком навстречу каждому экипажу. Но никто не проявлял интереса к его добру. Яшка от природы был парень смышленый, а безденежье и сиротство заставили его соображать еще быстрее. Можно ли вернуться домой с пустыми руками, если там четыре голодных рта - старая бабка да малые, да мать, работающая телятницей за «палочки»... Видно, он что-то придумал - вдруг снявшись с места, припустил к скотному двору. Дети - за ним. Спустя несколько минут Яшка появился с добычей - кисточкой и небольшой банкой желтой краски. Вытряхнув из мешка пищащих лисят, начал рисовать на их спинах поперечные полосы. Четыре серых щенка были гораздо крупнее пятого, рыжего. Да и глаза у него еще плохо открылись. - Портит он мне всю товарную картину, - заявил хитрюга, поглядывая на ребят. Положил поперек ладони дрожащее существо. Словно раздосадованный, стал оглядываться, прикидывая, каким образом лучше избавиться от недоростка - ударить об стену или зашвырнуть в прошлогодний бурьян. - Не смей! Не убивай малыша! - со слезами в голосе закричал Сашок и мертвой хваткой вцепился в Яшкину руку. После короткой возни Яшка выронил щенка из укушенной ладони. В ответ Сашок получил увесистую оплеуху, а от пинка тяжелой проклепанной бутсой его спасли друзья- приятели - с плачем и воем, кусаясь и царапаясь, как волчата, они повисли на Яшке. Но этот плут снова нашел благоприятный для себя выход. - Краюха хлеба с медом причитается с тебя, грамотей, сказочник, - объявил он выкуп.
Нук-ты-сам 13 Сашок, положив дрожащий рыжий комочек за пазуху, помчался домой. Широкий пояс купленной на вырост вельветовой куртки плотно облегал талию, но мальчишка на всякий случай обеими руками поддерживал свою драгоценную ношу. Тем временем пастушок, сопровождаемый промокшими ребятами, вернулся на зады деревни, к лавке. Краска на лисятах подсохла. Теперь можно было продавать их как щенков австралийской собаки динго. - Тридцать рублей. Тридцать рублей... Купите щенка, не пожалеете. Торговля пошла бойко. Щенков разбирали - кто с улыбкой, а кто на полном серьезе. Яшке удалось продать всех. Заслуженная слава и на этот раз не обошла паренька. Вечером у колодца только и разговоров было, что о находчивом кормильце, заработавшем для семьи аж сто двадцать рублей. Такие деньги его мать не получала в колхозе и за год. Счастливый Сашок весь остаток дня провел возле своего нового приобретения, несколько раз кормил зверька подогретым коровьим молоком из бутылочки с детской соской. Аппетит у лисенка (а это была самочка, и Сашок назвал ее Рыжкой) оказался прекрасный. Неожиданно привалила удача: Рыжку согласилась «удочерить» домашняя серая кошка Фрося, недавно потерявшая своих новорожденных котят (их съел бродячий одичавший кот). Чтобы любовь к лисенку у нее сильнее окрепла, Сашок носил обеих за пазухой и сажал вместе в ящик комода в сарае, где Фрося окотилась. Показывал свою прелесть и кошку младшему брату Ваську и сестре Гале. Беспомощная малютка двигалась по полу очень медленно и неуклюже. Фрося, стоя, ревниво закрывала дите животом.
- Приняла! Приняла! - радовались дети. У лисенка началось счастливое детство. Рыжка росла, превращаясь в длинноногую неуемную бестию. Заигравшись, она с рычанием, мурлыканьем и под- хрюкиванием трясла Сашка за штанину и оседлывала свою приемную мать. Широко раскрыв пасть, мусолила Фросину голову. Обхватив кошку лапами, заваливала на бок. Фрося терпеливо сносила эти дикие игры, оставаясь надежной защитницей и кормилицей озорного детеныша. Своей норой, своим главным укрытием Рыжка по- прежнему считала место под вельветовой курткой. Уже через месяц пребывания в доме она совсем освоилась и начала путешествовать, сидя за пазухой у Сашка. Вместе с ним проводила время на рыбалке, грелась на теплой печке, каталась на велосипеде, ходила в лес за сморчками, играла в прятки и в войнушку. Познакомилась с домашней живностью и даже проехалась верхом на корове, чье молоко с таким удовольствием лакала. Ни к кому другому, кроме Сашка, Рыжка привязанности не проявляла. Испугавшись посторонних людей, козленка или овец, она взлетала на плечи своему подставляющему ей спину хозяину. Оттуда ныряла к нему за пазуху. Подрастающий зверек, пофыркивая, лакал молоко из кошкиной миски, грыз куриные и кроличьи косточки, лакомился кожей и мясцом. Пришло время - и прекрасная охотница Фрося стала приносить лисичке мышей и птиц, мертвых и живых. Рыжка опрометью неслась на кошкины призывы, чтобы получить добычу. Вскоре Фрося начала выводить свою смекалистую длинноногую дочь на мышиные охоты. За попытки ловить и преследовать кур Рыжке
Нук-ты-сам 15 крепко доставалось от наставницы. Картина была уморительная, и ребят она очень веселила. Кошка наскоком с фырканьем сбивала с ног переросшего ее лисенка. Схватив свою воспитанницу зубами за шею или ухо, обхватив передними лапами с выпущенными когтями за спину и грудь, задними начинала так ей поддавать, что летела выдранная шерсть. Казалось, орущий мартовский кот напал на до смерти напуганное, жалобно пищащее существо. Поучив таким образом Рыжку, Фрося уходила. Лисичка, ласкаясь к ней, ее преследовала. Урок заканчивался сосанием кошкиного молока и сном. Сидя под курткой, Рыжка изнутри тщательно исследовала содержимое всех наружных карманов. Устраивала возню, стремясь во что бы то ни стало заполучить желаемое. Не брезговала жеваными орехами, сухофруктами, корками хлеба с вареньем. На рыбалке с удовольствием поедала свежую рыбу и панцири отваренных раков. Иногда, пытаясь что-то отнять у хозяина, тянулась и к несъедобному. Как-то, разбаловавшись, едва не проглотила складной перочинный ножик, измазанный селедкой. В голубятне при доме жили голуби. Рыжка навострилась забираться к ним в клетку по приставной лестнице следом за Сашком. Однажды в голубятне поднялся невообразимый шум - дружные голуби пытались изгнать визжащую незваную гостью. После этого случая лестницу пришлось убрать. Когда кошка Фрося перестала навещать свое старое убежище - ящик комода, Рыжке оно тоже разонравилось, и к середине лета лисичка самостоятельно освоила дупло лежащей за садом толстой липы. Какое-то время ее пустотелый ствол был для ребят штабом. Теперь они подросли и внутри уже не помещались. Это обжитое, пропахшее едой
16 Александр Морозкин место и облюбовал лисенок - Лиська, как называли ее деревенские жители. Спасаясь от вредного колхозного козла или незнакомых собак (своих и соседских они с кошкой не боялись), Рыжка вбегала в ствол и выбиралась наружу через дуплистый верхний сучок. Нападение - лучшая защита. Этот кошкин урок тоже был усвоен очень хорошо. ...В конце августа случился большой переполох. Среди ночи на краю деревни залаяли собаки. К ним присоединился Дунай, пес Морозкиных. Немного спустя в общем хоре зазвучал еще один голос - утробный, диковатый, еще неокрепший. Хозяева, выйдя на улицу, с удивлением обнаружили, кому он принадлежит. Стоя рядом с собакой, лаяла Рыжка. Все свое негодование она направляла в сад, где находилось ее убежище. Как выяснилось утром, ночной набег на деревенские сады совершили рабочие, приехавшие из города на уборку картофеля. Жили они в соседней деревне, но там на воровство не решились. А здесь смогли обтрясти лишь одну яблоню неподалеку от заветного Рыжкиного дупла. После того случая местные жители стали стеречь свои сады, держа наготове ружья. Им помогали собаки и храбрая Лиська. Далеких выстрелов она боялась не больше раскатов грома. На геройского ученого зверька приезжал посмотреть главный областной охотовед Сысоев. Он очень удивлялся тому, что лисенок свободно чувствует себя среди людей и даже пытается контролировать ситуацию. Лазая с ребятней по сараям, сеновалам, фермам, конюшне, крольчатнику, Рыжка внимательно все обследовала, обнюхивала, определяла укромные места. Они стано-
Нук -ты-сам 17 вились ее излюбленной территорией для охоты на мышей и крыс. Особенно приглянулся ей высокий молотильный сарай за усадьбой. В его огромные ворота лошади ввозили на телегах громоздкие снопы хлебов и льна. В углу обширного помещения были сложены обгоревшие в давнем пожаре льняные снопушки. По ним мальчишки залезали до самого верха и через дыру выбирались на соломенную замшелую кровлю, основание которой, сделанное из слег и березовых веток, было прочным. Компания, поедая яблоки, отводила здесь душу в играх. Рыжке очень понравилось это место с его удобными подходами, кошачьими лазами в подворотнях и наблюдательным пунктом на крыше. Осенью старшие ребята часто задерживались в школе, а младшие подолгу засиживались дома. Гуляя в одиночестве по крыше молотильного сарая, Рыжка сверху следила за происходящим в деревне. Иногда отправлялась в поля, на луга, в лес - мышковать. Теперь она стала почти взрослой, настоящей «огневкой». Завидев идущего с уроков Сашка, неслась ему навстречу, подлаивая от радости. Опасаясь быть сбитым с ног и перепачканным грязными лапами, мальчишка как мог уклонялся от Рыжкиных попыток запрыгнуть ему на спину или на плечо. Еще ей обязательно нужно было потереться об его ноги - крепко прицепилась кошачья привычка ласкаться. Оставаясь прежней игруньей, Рыжка превращалась в настоящую охотницу. Возле дуплистого липового ствола стали появляться перья лесных птиц и недоеденные остатки зайцев. Охоты на кур за общей любимицей жители не замечали. Значит, и без того сыта.
18 Александр Морозкин Но если где-то забивают скотину - хищница тут как тут. Круги нарезает. Все ближе и ближе. Редко кто не угостит рыжую плутовку мясным обрезком. Чтобы лиса не стала легкой добычей охотников, отец Сашка несколько раз пугал ее ружейными выстрелами с разных позиций. Теперь, завидев ружье или незнакомого человека, Рыжка пряталась. «Умна, бестия! - восхищался Александр Андреевич. - Эта лиса перезимует, сомнений нет. В случае чего собак у помойки разгонит, но голодной не останется. Хорошее воспитание вы, мальчишки, ей устроили. Кур бы воровать не приноровилась без ваших окриков». ...Наступила поздняя осень. В ноябре открылась охота на лисиц. Долго удивлялись заезжие охотники, что за хитрющая неуловимая «огневка» живет у деревни Андарово. Кружит преследующих ее гончаков, словно издевается. То через реку по лагам из двух расставленных жердочек перейдет, а они следом в омут срываются. То в поле или на лугу сходу заскочит на стог, оглядится и спустится с другой стороны, а собаки бегают, орут, время теряют. Того хуже - начнет их таскать по колхозным сараям. Не через каждую дырку гончак протиснется. Деревенские смеются, радуются развлечению. Прогоняют собак - знают, что лиса их нарочно за нос водит. А она в защите и не нуждается. Хмысь под зерновой амбар, где с детьми время в играх проводила - забьется подалее и отдыхает. Чаще, бегая по любимой крыше молотильного сарая, собак издевательски облаивала. Присутствие и внимание подошедших охотников и жителей деревни ее только раззадоривало. Убить деревенскую лису на крыше желающих не находилось. Словно зная это, красавица Рыжка устраивала длительные шумные придорожные представления. К весне лисьи свадьбы начались. За рыжей красавицей увязался кавалер из леса. И она, похоже, откликнулась на
Нук-ты-сам 19 зов природы. До талицы снегов ее следы частенько появлялись возле дома Сашка, а потом исчезли. Увел лис свою подругу в лесную нору. И Рыжка, чтобы никто не выследил, где спрятано ее потомство, в деревню засветло больше не приходила. Какое-то время зимами у разрушающегося трухлявого липового ствола изредка появлялись отпечатки больших и малых лисьих лап. Лиса с молодняком навещала свое бывшее убежище. Лисий век короток, у Рыжки своя жизнь, - рассудил Сашок, занятый учебой и новыми увлечениями. А скоро закончилось и время вымирающей деревни - она была сожжена ранней весной, по сухотравью, при попытке зачистить ее край под пашню. В своем доме едва не сгорела старушка - вдова фронтовика Семенова, Елизавета Петровна. Ничего необычного не произошло... В те годы деревни при зачистках полыхали повсеместно. ...Не хочется портить повествование грустным финалом, но и умолчать об этом нельзя... Лет через тридцать, ранней весной, Сашок - теперь уже Александр Морозкин - приехал на родное пепелище, ставшее затерянным миром. Остатки кирпичных стен домов и оснований печей, словно памятники геноциду колхозного крестьянства, выделялись в зарослях одичавших садов. Здесь, среди вросших в землю гнилушек, на месте, где когда-то лежал дуплистый липовый ствол, он обнаружил нечто такое, что потрясло его до глубины души. Это казалось невозможным, но... Чего только не случается в жизни! Он увидел кости, похожие на собачьи, и его будто обдало жаром: не Рыжка ли пришла умирать к убежищу, которое было для нее родным? С волнением и дурными предчувствиями он стал расчищать этот пятачок земли палкой, ос-
20 Александр Морозкин вобождая останки от перегноя и слежавшейся листвы. На поверхности появились клочки рыжей шерсти, череп и капкан с зажатой дугами костью ноги. Цепочка от капкана тянулась к проволоке от упавшего забора. По знакомой привязи можно было определить охотника, владельца капкана. Плечев, Михаил Иванович. Умерший много лет назад. Немало капканов старик терял ежегодно. Вон оно как получилось... Углядел капканщик, что лисица навещает дуплистый ствол, и поймал ее в бурьяне еще у жилой деревни. Воспользоваться трофеем не смог, умер. ...Александр перевернул череп. Взглянув на зубы, вспомнил, как его, играючи, покусывала Рыжка - лисенок, ставший близким и дорогим другом детства. - Мы в ответе за тех, кого приручили, - повторил задумчиво бывший хозяин известные слова, как притчу. Растрогавшись, решил похоронить останки погибшего существа. Автомобильной лопаткой копал могилку другу. Скупые мужские слезы от нахлынувших воспоминаний накатывались на глаза.
АНДАРОВСКИЕ ВОЛКИ Лето 1957 года на Владимирщине, в Собинском районе, в объединенном колхозе «Искра» выдалось урожайное. В меру дождливое в первой половине, поддержало влагой и теплом хлеба. В начале августа жара задержалась. Страшные ночные грозы с молниями, раскатами грома и ливнями обрушивались на землю. Дневное пекло подсушивало лишнюю для уборки хлебов и сенокоса влагу. Присланный для управления укрупненным колхозом новый председатель Владимир Константинович Клепиков оказался деловым руководителем. В разъезжающейся деревне Андарово сформирована комплексная бригада. Здесь пока остаются телятник, конюшня, крольчатник, свинарник и пчельник. Чтобы не возить молоко на молокозавод в соседнее село по три раза, коров перегнали на центральную усадьбу, в село Черкутино. Нервозность из-за постоянной нехватки рабочих рук в деревне поубавилась. На свой страх и риск, в нарушение всех предписывающих документов Клепиков стал ежемесячно выдавать колхозникам на трудодни помаленьку продуктов и денег. Как стало обычным, и в этом году тяготила хозяйство трудоемкая заготовка сена.
22 Александр Морозкин ...Девятилетний Сашок вместе с восьмилетними Вовой и Саньком вечно в делах. Сестре Санька, двенадцатилетней задире, «артистке» Люси (по-деревенски - Люське) частенько дают должный отпор. Теперь она нашла себе новую жертву. В компании появился городской мальчик, сирота, поселенный отцом у бабушки. Так как звали его Вовой, для удобства в общении получил он прозвище «Лешин» - от имени отца, Алексея. Домашней работы у ребят хоть отбавляй. Приходится ухаживать за кроликами, носить воду из колодца, заготавливать дрова, встречать и загонять скотину, а Сашку еще и огребать рои на пчелопасеке. Лето на исходе, а в колхозе и личных хозяйствах заготовленного сенца кот наплакал. Вечером в середине августа у дома Сашка - собрание владельцев личного скота. Отец, Александр Андреевич Морозкин - колхозный бригадир, инвалид войны, мать, Клавдия Никифоровна - лесник лесничества. Ей для собственных нужд положены покосы в лесу. Александр Андреевич начинает: - Соседи, прямо скажу - нет у нас времени дожидаться у моря погоды. От правления колхоза получить разрешение на косьбу трав для личного подворья до осени вряд ли удастся. При нашем безденежье купить сена не на что. Пока погода благоприятствует, пора решать, как нам жить далее. Клавдии Никифоровне, как леснику, при выполнении своего небольшого плана на сенозаготовку разрешается личный покос в лесу. Предлагаю силами наших детей заготавливать там сено и вывозить свою долю сверх плана лесника на нерабочих племенных матках с жеребятами. Наемные пильщики, работающие на лесоделянке за продукты и самогон, ребятам помогут. С председателем использование колхозных лошадей согласовано. Под мою полную от-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4