— „Как? Ведь вы вчера приехали в Ярославль и вчера же выехали в Кострому?" — „Нет, я вчера был в Ив.-Вознесенске и только сегодня рано утром оттуда выехал4. — „Что вы запираетесь,—допрашивает дальше пристав,—ведь вы вчера приехали сюда из Минска с женой и четверыми маленькими детьми?" — „Помилуйте,—отвечает Евдокимов,—да у меня нет и никогда не было никаких детей, а жена моя сейчас находится в Харькове". Дальше пристав распрашивает, где он останавливался в Ив.-Вознесенске и кто может это подтвердить. Евдокимов указывает, что он останавливался у своей тещи Иовлевой5), живущей тамт- о, и что целый ряд лиц видели его там накануне. В заключение Евдокимов делает официальное заявление о проверке его пребывания накануне в Ив.-Вознесенске и о допросе указанных им лиц. Пристав тут же командирует своего помощника для проверки в Ив.-Вознесенск и на третий день Евдокимова освобождают из-под ареста. Оказывается, что полиция, задержав Евдокимова и будучи в полной уверенности, что это я, успокоилась и, считая семью мою безвредной, сняла наблюдение за гостинницей и этим дала мне возможность забрать семью и благополучно уехать из Ярославля. Здесь нужно заметить, что у меня было некоторое, внешнее сходство с Евдокимовым. В Воронеже было решено привести в исполнение наше постановление о привлечении для работы в „Сев. Раб. Союзе" революционеров-профессионалов, для чего мне предложили об'ехать Поволжье и Кавказ. Там я завербовал для союза целый ряд работников: из Самары—Н. Н. Панина в Ив,- Вознесенск, из Батума—Шаповалова в Кинешму, из Н.-Новгорода—рабочих Рыбакова и Лепилова в Ярославль. Впрочем, молодой рабочий Рыбаков, подававший большие надежды быть хорошим организатором и пропагандистом, был вскоре отко- °) Иовлева Е. В. (кличка «Баба-Мокра») в течение целого десятилетия являлась необходимейшим человеком для Иваново- Вознесенской организации по части содержания конспиративных квартир, явок и установки связи после очередных арестов. 72
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4