ломал себе голову над вопросом: как могла Ярославская жандармерия и полиция так легко выпустить меня из Ярославля, да еще с таким хвостом, как моя многочисленная семья? Оказалось, что Ярославские жандармы приняли на веру мое заявление в гостиннице, что я еду в Кострому и что приеду обратно в Ярославль на другой день в 9 часов утра. Они к утреннему Костромскому поезду откомандировали гппиков для встречи меня и встретили вместо меня моего старого приятеля Андрея Андреевича Евдокимова, работавшего в Ив,-Вознесенской организации, отошедшего уже в это время от нелегальной работы и занимавшегося легальной работой по организации Профессиональных Союзов. По рассказу Евдокимова, дело происходило так: он приехал по своим профессиональным делам в Ярославль из Иваново-Вознесенска как раз о утренним Костромским поездом. Тут же на вокзале он заметил за собой слежку, почему пошел в город пешком, пытаясь избавиться от преследовавшего его шайка, но тот упорно не отставал. Тогда Евдокимов заходит на почту, но по выходе оттуда видит около почты пшика уже вместе с городовым. При приближении к ним Евдокимова, шпик, указывая на него, кричит городовому: „возьми его, он у меня из кармана украл кошелек". Несмотря на протесты Евдокимова, городовой со шпиком сажают его на извозчика и везут в участок, где он попадает в арестную одиночнуюкамеру. Сидя там, он сейчас же узнает обитателей соседних камер, в одной из которых видит и своего старого знакомого —Носкова. Вечером в тот же день Евдокимова вызывает на допрос полицейский пристав Пиатровский. На заявление Евдокимова, что его напрасно задержали, подозревая в краже кошелька, пристав сейчас же его успокоил, заявив, что тут дело вовсе не в краже кошелька, а в принадлежности к революционному сообществу. Затем происходит, примерно, такой диалог: — „Вы сегодня приехали из Костромы?"—спрашивает пристав. — „Нет, я приехал из Иваново-Вознесенска и только в Нерехте пересел на Костромской поезд,"—отвечает Евдокимов. 71
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4