Так неудачно окончилась попытка Н. Е. заняться санитарной деятельностью в тюрьме, а между тем это занятие несколько улучшило бы его тюремную жизнь и облегчило бы сношения с волей. Жандармские же власти воспользовались тифозной эпидемией в тюрьме и ухудшили тюремный режим. 3 (15) апреля Н. Е. по этому поводу вынужден был обратиться к Владимирскому прокурору с просьбой дозволить ему получать и отсылать корреспонденцию через окружной суд. „Начальник жандармского управления,—писал он,— запретил мне писать и отказался передавать мне письма, книги и деньги, присылаемые на мое имя, по случаю тифозной эпидемии в тюрьме. Таким образом, он лишил меня самого необходимого и отдал на жертву голодного тифа, что я буду делать, например, без денег; и он же задержал последнюю денежную посылку и оставил меня совершенно без денег. Такой панический страх я считаю преступным, ибо пересылка корреспонденции входит в его прямую обязанность. Я имел бы честь убедительнейше просить В. В. не отказать мне в просьбе получать корреспонденцию через окружной суд. Мои письма будут тщательно дезинфицировать и письма мне могут пересылаться через городскую почту пли каким другим способом, который вы найдете нужным. Я убедительно прошу В. В. об этом, ибо это существеннейшая необходимость для меня55)". Просьба эта была „оставлена без последствий". В конце апреля (начале мая) 1893 г, во Владимир из Самары приехала невеста Николая Евграфовича—Мария Германовна Гопфенгауз. О ее приезде начальник жандармского управления так сообщал в департамент полиции: „20-го апреля сего (1893) года во Владимир приехала из Самары домашняя учительница, дочь коллежского советника, Мария Германовна Гопфенгауз, невидимому еврейка, именующая себя невестой арестованного Николая Федосеева и постоянно добивающаяся свиданий с Федосеевым. Вследствие 55) Архив прокурора Владим. окружного суда за 1892 г., дело № 6, стр. 83. 45
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4