и обратиться к В. В. с просьбой сообщить мне обвинительные аргументы. Я имею честь поставить на вид В. В. еще следующие обстоятельства. В г. Владимире, совершенно мне незнакомом, я проживал с двумя моими товарищами (А. А. Саниным н К. К. Ягодкиным— I I . I I I . ) по окончании 2^2-летнего тюремного заключения,—я прожил во Владимире февраль, март, апрель и май; все эго время ушло на искание работы, чтобы существовать в незнакомом городе, где у меня не было ни родных, ни знакомых (в‘езд же в Саратов, Казань, Нижний-Новгород и Тверь, где у меня были родные и знакомые, мне был воспрещен на 3 года). Затем, весной мне удалось найти несколько частных уроков, а мои товарищи уехали из Владимира, потому что не нашли никаких занятий, которые давали бы средства к существованию. В июне месяце я уехал в деревню с троими детьми землемера г. Беллонина, в качестве гувернера и учителя при этих детях. Июнь, июль и большую часть августа я неотлучно находился при детях. В двадцатых числах августа я вернулся во Владимир (кажется, 15 числа) и до субботы 29-го августа ежедневно и утром и вечером, не исключая праздников, усиленно занимался приготовлением к экзамену детей того-же г. Беллонина, Свободное время оставалось у меня лишь между 4-6 часамидня и после 10 ч. вечера. 29-го августа утром я давал последний урок у г. Беллонина, а ночью того же дня уехал с г. Кривошея в Орехово-Зуево. Все мое участие в настоящем деле заключается лишь в этой поездке и в написании рукописи для Кривошея. Где же место и где основания для подозрения меня в более серьезном ипреступном участии в этом деле? Если в рукописи я высказал взгляды, осуществление которых карается законом, то это был лишь ответ на рассуждения Кривошея и некоторые мои взгляды в этой рукописи именно изложены в полемической форме. Г. прокурор, позвольте в заключение просить Вас принять во внимание, что двухмесячное тяжкое заключение без чистого воздуха (мне до сих пор отказывают в прогулке) уже совершенно расстроило мое здоровье, которое я не успел поправить после первого долговременного одиночного заключения,—и просить Вас освободить меня до решения дела под надзор полиции, на поруки или под денежный залог, 38
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4