организацию. Туда входили, кроме него самого: И. А. Завадский, сестры Царевы -- А. В. и Е. В. , Федоровская, О. И. Кузнецова, А. С. Нежданов; кое-какое участие изредка принимал в наших собраниях И. Чичерин. На одном из собраний организации членам ее были даны клички, которыми мы и стали называть в дальнейшем друг друга. Клички были установлены следующие: А. В. Царева—„Наташа", О. Кузнецова— „Василиса", А. Федоровская—„Людмила", И. Завадский —„Борис" или „Спиридон", А. Нежданов— „Григорий, " В. Ноаров—„Демьян", Н. Малинин— „Данила", я—„Николай". Затем мы были посвящены в то, что у „Валериана" имеется тайная типография. Скоро узнали и весь состав работников этой типографии. Туда входили трое: „Шаляпин" (кажется, Иваново-Вознесенскриайбочий) , „Дмитрий—" красивый молодой человек и женщина— „Маруся" !). Наша семинарская группа стала втягиваться в работу „Валериановской" организации по настоящему. Нашиотпуска на праздники к „дядьям* сделались регулярными. Обыкновенно, каждый из нас отправлялся в одно из ближайших сел от 3 до 10 верст з окрестностях Владимира. По данным явкам мы приносили туда литературув, частности, газету, издававшуюся „Валерианом" во Владимире. Узнавали о состоянии дела, о кружках, и тут же устраивали беседы по тому или другому вопросу. Кружки были, конечно, мизерные — по 5-7 чел. Мы развивали в них мысль, что крестьянам надо об' единиться в беспартийный крестьянский союз, который мы противопоставляли Всероссийскому крестьянскому союзу, находившемуся под эсеровским влиянием, так как иначе, как нам казалось, подойти к ним нам, социал-демократам, было тогда нельзя. Иногда на этой почве у нас получались курьезы. Говоришь с „распропагандированным" членом беспартийного крестьянского союза, а он тебе замечает, что лучше—это партия с.-р. , а вы, дескать, как с.-д., защищаете только интересы рабочих. Как бы то ни было, но мы устраивали даже Владимирскую *) «Дмитрий» и «Маруся»—по мнению некоторых товарищей—были костромичами, первый—Дмитрий Орнатский, вторая— Мария Захарова. 396
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4