под цветком, который стоял на ящике; дно последнего было обращено к стене, в ящике же лежали брошюрки, издания „Колокола", „Молота" и др., некоторые из них к тому времени уже „вышли в тираж". Жандармы и это взяли не без благодарности. Все то было еще не беда, но тут я утратил равновесие и выдвинул из под клеенки у чайного стола узкий ящик, также прозеванный жандармами, и, открыв его, я сразу обомлел,—здесь лежала одна из моих реликвий— „Социал-Демократический Календарь* за 1902 год, из первых транспортов „Северного Комитета". Я совершенно забыл, что незадолго перед этим я взял книгу из надежного места, чтобы просмотреть, и положил в этот ящик. Там же лежал парижский адрес Ст. И. Назарова и американский—Дегтярева, но адреса были хорошо зашифрованы. Окончательно обнаруживши характер своего поведения, не преминул тут же в этом признаться и обругал себя вслух идиотом. Я не боялся за адреса, но календаря мне было страшно жалко. Я хранил его 10 лет. Дело, конечно, было не только в желании поддразнить жандармов. К продолжению дискуссии с ними былии серьезные причины. Когда ротмистр вошел, я, потребовав ордер, успел усмотреть, что ордер написан не на одноог меня. Сообразив сразу, что, наверняка, в первую голову должен быть обыскан И. Т, Морозов, и зная, что у него возможно найти кое-что, я задался мыслью задержать жандармов у себя до утра, как это было при обыске у меня в 1906 г. В этих же целях—задержки подольше у себя —я потребовал от ротмистра регистрации (переписки) к протоколу всех до одной отобранных при обыске книг. Мое излишнее содействие жандармам по обыскиванию самого себя настолько успокоило их (а может быть устали), что они, будучи в затруднительном положении—как пролезть через узкое отверстие на чердак, поверили мне на слово, что там ничего нет; и дальше, найдя под лестницей большие сундуки, удовлетворились моим заявлением, что эти сундуки хозяина дома, живущего на другой улице, а не мои (и это было так). Обыск кончился; количество отобранного было большое, качественно пожива жандармов была ничтожна. В эту же ночь обысканы были: И. Т. Морозов, Н. А. Лапшин, Я М М М И Р и тм ш И 1 |1^Ш И М М Н И И И И И И М Я М И И В йН М 254
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4