Алексеевича", старался не касаться нашей настоящей революционной работы, а ограничился лишь рассказами о своем первом аресте в Петербурге и об Оренбургской ссылке. „Иван Алексеевич" ушел от меня только одновременно с Дюбюкоми заявил, что сегодня он, наконец, уезжает. На другой день, когда мы возвращались с женой с базара с покупками, около ,,Золотых ворот" жена обратила мое внимание на мелькнувшую вдали фигуру: „смотри, ведь это „Иван Алексеевич". Тут я уже окончательно убедился, что „Иван Алексеевич"—провокатор11) и решил во что бы то пи стало от него освободиться, не останавливаясь даже перед убийством. Но, несмотря на все мои поиски по улицам и на вокзале при отходе поездов, я „Ивана Алексеевича" больше не видал. Следующая неделя прошла без всякой слежки и я уже начал успокаиваться. На 22 апреля (5 мая) я вызвал товарищей из Коврова и Гуся-Хрустального за первомайскими прокламацимя и, предполагая, что к этому времени должен был получить их, как было условлено с Варенцовой. Но к 22 апреля прокламации доставлены не были и Ковровского товарища пришлось отпуститить с чем. 23 апреля (6 мая) с утра я написал сам первомайский листок, сварил гектограф и начал печатать у себя на квартире. До вечера мне удалось напечатать только штук 50 прокламаций, т. к. ко мне явился из Гуся- Хрустального учитель Деев, а при нем я из осторожности печатать не хотел. Дал ему сделанные 50 прокламаций, несколько десятков номеров „Искры4 и мелких брошюр, которые я получил из Москвы накануне приезда Варенцовой. п) Как я узнал уже в 1903 г., пароли и явки „Иван Алексеевич" получил следующим образом: в феврале 1902 года от организации „Искры" из-за границы к нам для работы направлялся т. Блюменфельд. На границе он был арестован и у него были отобраны манжеты, на которых были записаны шифром наши явки и пароли. В департаменте полиции все это было расшифровано и к нам был направлен чиновник особых поручений Московского охранного отделения Меньшиков, назвавшийся у нас „Иван Алексеевич". Он прежде всего посетил наш штаб—Воронеж (30 марта 1902 г.), где товарищи его поняли сразу, но предупредить нас не могли, т. к. были -арестованы в тот же день. М. Б. 90
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4