миловъ. Можно сказать даже больше. Если Клеопа даже и зналъ старца Паисія на Аѳонѣ, если и вышелъ съ Аѳо- на одновременно съ нимъ, то онъ не зналъ, какъ и гдѣ устроился Паисій въ Молдавіи. Это видно изъ показаній Клеопы, данныхъ въ 1769 году. Въ этомъ показаніи Клеопа разсказываетъ, что онъ соблазнился разсказами объ иноческихъ скитахъ въ Валахіи и самъ вознамѣрился отправиться туда, оставивъ Введенскую пустынь. Судя по его словамъ, разсказы о скитахъ въ Валахіи были для него совершенною новостью, чего не могло бы быть, если бы Клеопа жилъ съ Паисіемъ и по выходѣ съ Аѳона въ Валахіи. Гдѣ жилъ Клеопа по возвращеніи съ Аѳона до поступленія въ Введенскую пустынь, объ этомъ можно только догадываться. Можно думать, что Клеопа, возвратившись въ Россію, не нашелъ возможнымъ остановиться въ какомъ-либо изъ юго-западныхъ русскихъ монастырей, а постепенно подвигался на сѣверо-востокъ Россіи, отыскивая наиболѣе подходящую для себя обитель. Есть основаніе думать, какъ будетъ видно изъ дальнѣйшаго изложенія жизни Елеопы, что онъ останавливался въ Софро- ніевской Молчанской пустыни, Курской губерніи, около 1755 г. жилъ нѣкоторое время въ лѣсахъ близъ Ямен- ской пустыни Сѣвской (нынѣ Орловской епархіи) и имѣлъ даже тамъ собственную келью. По словамъ архимандрита Ѳеофана и Стромилова, до Введенской пустыни Клеопа поступилъ въ Николаевскій Пѣсношскій монастырь. Но это мнѣніе едва ли можно признать правильнымъ. Въ запискахъ Ѳеофана разсказывается, что Клеопа, живя въ Пѣсношской обители, стосковался по Аѳонѣ и тайно ушелъ изъ монастыря. Но епископъ Переславскій Сильвестръ, въ вѣдѣніи коего находился Пѣсношскій монастырь, приказалъ поймать Клеону, заковать въ оковы и заставилъ возить два мѣсяца навозъ. Но если подобный случай и былъ съ Клеопою, то онъ ни въ какомъ случаѣ не могъ быть до поступленія его въ Введенскую пустынь, т.-е. ранѣе 1758 г., ибо преосвящ.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4