22 комъ корпусѣ жалобно завылъ гудокъ, оглашая своимъ гуломъ далекія окрестности и все, до этого молчавшее, какъ бы иробудилося, оживилося... Дворъ мало-но-малу сталъ наполняться народомъ, смѣнщиками - ткачами. Елизаръ смѣненъ. Выбравшись изъ душной фабрики, оиъ какъ-то весело закинулъ кверху голову, бѣжалъ за получкой въ контору. — Которая сотня идетъ? спрашивалъ онъ, за- пыхаясь, ожидавшихъ очереди, толкущихся въ кор- рпдорѣ рабочихъ. — Восьмая! весело кричали ему рабочіе. — Ну, иу меня, кажись, восьмая, сказалъЕлизаръ глядя на жестяной номеръ задачи своей книжки. — Въ самый разъ подоспѣлъ, повторяли ему изъ толпы... — При, Елизаръ!... И Елизаръ началъ протискиваться сквозь живую стѣну толпы. — 1ы куда-жъ прешь-то! говорили ему передніе. — Куда нужно, туда и пру,—отвѣчалъ Елизаръ, восмая сотня значитъ,—вотъ она! и онъ кверху поднималъ свой номеръ. — Фу ты .. насилу-то пролѣзъ,—произнесъ онъ, очутившись въ «домовой конторѣ». — Который номеръ?—спросилъ егоприказчикъ. — Восьмисотый!... еще никакъ не отдышавши, проговорилъ Елизаръ. — Какъ звать?
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4