9 — ОСЕННІЙ МОТИВЪ Часъ нѣмого увяданія зари... Таютъ призраки далекихъ облаковъ... Къ пѣснямъ вечера сзываютъ звонари... Четче вздохи отмирающихъ цвѣтовъ... Часъ нѣмого упоенія души, Потонувшей въ одиночествѣ своемъ... Старь и явь такъ безотчетно хороши— Старь и явь съ своею тьмою и свѣтломъ Пе пугаетъ, что и послѣ... впереди Будетъ стынуть въ одиночествѣ душа... И гирлянды затаенныхъ словъ въ груди Пе пройдутъ и легкимъ стономъ камыша... Что роптать на одиночество свое, Что жалѣть о пережитомъ свѣтлыхъ дней... Твое счастье и несчастіе мое— Дѣти жалкой философіи людей... * * * И вечеромъ—хмурымъ, далекимъ, забытымъ: Далекимъ,—какъ звѣзды, забытымъ, какъ дѣтство— Не ты-ль обѣщала минутамъ изжитымъ И вѣчность, и ясность, и узы сосѣдства. Ушло. Пережито. И утра и весны— Все ново, все свѣтло и все такъ далеко Отъ вечера были, гдѣ хмурыя сосны И близкія души парили широко. Все ново и свѣтло. Все ясно и просто. Другіе родные напѣвы и мысли, А старыя вѣхи безсильно повисли, И въ старомъ— ни вздоха, ни жизни, ни роста. По если-бъ на мигъ—но вернуться былому Не мыслью, а жизнью— отъ отблеска къ свѣту— Больнѣе бы стало за быль, какъ по лѣту Больнѣй взглянуть въ очи намъ дню золотому.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4