приготовить,—другой прислуги не было, а Людмила Леонидовна по княжески спала до второго часа дня, да и вставши не умѣла ни за что взяться. Но свѣтъ не безъ добрыхъ людей, и эти добрые простые люди выручали батюшку изъ его бѣды. XII. Чѣмъ болѣе веселилась въ обществѣ безпечныхъ властей Людмила Леонидовна, тѣмъ о. Леониду дѣлалось тяжелѣе. У него появился сухой зловѣщій кашель. Однажды въ концѣ Великаго поста, онъ сильно раскашлялся и въ мокротѣ замѣтилъ алую кровь. Это дало ему возможность самому опредѣлить евою болѣзнь. Но онъ не хотѣлъ лѣчиться, онъ мысленно говорилъ съ поэтомъ: Прошлаго ничуть не жаль мнѣ И въ будущемъ не жду я ничего. Смерть онъ считалъ лучшимъ исходомъ изъ узъ тяжелой жизни. А время шло и приближалась весна. Людмила Леонидовна писала своимъ: „Наконецъ я нашла свое общество. Здѣсь въ окрестности живутъ милые образованные люди: земскій начальникъ, становой приставъ и земскій врачъ. Какъ только весною просохнетъ, вы всѣ переѣдете ко мнѣ и увидите, что и у меня не такъ скучно. Мужъ говоритъ, что онъ боленъ, но я, сказать по правдѣ, не обращаю на него ни малѣйшаго вниманія. Въ немъ очень много вульгарнаго, народнаго,— порода сказывается4... Въ маѣ мѣсяцѣ въ село Выползово переѣхало все семейство князей Зарѣчныхъ, съ которымъ вскорѣ познакомились: Зубочистовъ, Шаркуновъ и Караевъ. Шаркуновъ болѣе всего занимался съ княжнами. Онъ порѣшилъ на одной изъ нихъ 85
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4