всю силу величія служенія духовнаго! Крестьяне поголовно утверждали, что смутъ между ними я не производилъ, что они не нарадуются, стоя въ храмѣ при совершеніи мною служенія, и что въ лицѣ моемъ имъ послалъ Господь чисто отца родного. При показаніяхъ подобнаго рода, я не могъ удержать слезъ; депутатъ тоже отвернулся къ окну и заплакалъ, но отецъ благочинный былъ твердъ, какъ скала, а помѣщикъ смотрѣлъ разъяреннымъ звѣремъ. Къ вечеру конюшни боярскія огласились стономъ и воплемъ крестьянъ, которыхъ сѣкли за показанія, въ мою пользу направленныя. IV. Слѣдственное обо мнѣ дѣло, по важности возведеннаго на меня обвиненія, разсматривалось самимъ преосвященнымъ. До гробовой доски, до послѣдняго моего вздоха, не премину молить Вседержителя о упокоеніи души мудраго святителя! Съ безпристрастіемъ разсмотрѣвъ мое дѣло, владыка написалъ слѣдующую резолюцію1 „объявить священнику Денису, что ему подобаетъ помнить присно заповѣдь Христа Іисуса, данную св. апостоламъ при посланіи ихъ на проповѣдь: — будете мудри, яко зміи, и цѣли, яко голуби, а боярина Ершова извѣстить чрезъ гражданскую власть о томъ, что въ дѣйствіяхъ нона Дениса и его словѣ, какъ раскрыто слѣдствіемъ, ничего массоновскаго не усмотрѣно". Четыре мѣсяца ходило дѣло мое; за это время вся душа моя изболѣла. Много толковъ и разговору было обо мнѣ, чѣмъ-то—чѣмъ меня не страшили: и въ Соловецкій-то монастырь ушлютъ, и въ Спасскую крѣпость запрутъ, и священства лишатъ!.. Я страдаю отъ ожиданія и сознанія безвинности, жена плачетъ и коритъ за проповѣдь; а тутъ еще гнететъ нужда: нѣтъ хлѣба, нѣтъ доходовъ. Прошла, однако, первая зима моего служенія, настала весна, нужно 7 * 99
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4