ар отЪ такого Двора, который ни уважаетъ, нм чествуетъ никого, кромѣ единаго лишь во ВсемЪ себѣ подобія. уваженіе кЪ самому себѣ и презрѣніе кЪ яротчимЪ имѣютъ опричь того еще нѣкій особый родЪ сопристрастія кЪ себѣ, кое, сопряжено будучи сЪ самолюбіемъ, раждаетЪ наконецъ сущее любочестіе. Воображеніи, разсужденіи, чаяніи и весь образЪ мыслей имѣютЬ часто сходства сЪ окружающими насЪ предмѣ- тами, сЪ обществомъ, со всею страною и сЪ самыми даже тѣми мѣстами, гдѣ мы жиВемЪ. Каждый заражеиЪ бываетЪ неопровергаемыми Правилами, коимЪ слѣдуетЪ. и подражаетъ опЪ ревностно, присовокупляя кЪ тому понятіи о благопристойности, о добросердечіи, о пріятности, о правосудіи и о справедливости. ТотЪ же самый, который ни странствовалъ нигдѣ, ни читывалЪ ничего и который убѣгает'Ъ притомъ всѣхъ тѢхЪ сообщества, кои о всемЪ болѣе его свѣдущи, будучи ограниченъ вЪ познаиіяхЪ о всѣхЪ вещахъ весьма сильно, придерживается только кЪ тому, что ви- дишЪ онЪ лишь повседневно. Глаза его отверсты на то токмо единственно, что окружаетъ онаго отвсюду; онЪ щитаетЪ, что всѣ страны и всѣ земли, окружающія малой уго- локЪ пространства, имЪ обитаемаго, безплодны и совершенно пусты; или, лучше сказать, онЪ судитЪ по себѣ и по обозрѣваемымъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4