арѣн'т'е йЬ человѣкѣ любочестиномЪ есть чу*- ствованіе единой лишь истинной ни-косш*$ друг-го, кое не упкеваетЬ он'Ь никогда, г^Ѣ Только обнаруживать оную должно а скрываетъ всегда діамЪ , гдѣ токмо таить то слѣдуетъ. Ощущеніе сіе непреоборимо, по «стиннѣ, для каждой благородной души, к к и такЪ само по себѣ весьма уже справедливымъ аа-ваться можешЪ , потому чн о никшо не поітеТЪ кошку за слона, или муху за нѣ- жую громаду ; но то однакожЪ было бы для него крайнѣ несносно , естьлибЪ сіе обнарус зкилось какимЪ либо образомъ вЪ такое ьре- И8, когда тому надлежало бы быть не« ВремЬнно сокрыту. Нерѣдко случается также и то, что самое ніиблагороднѣйшре и похвальнѣйшее кЪ самому себѣ уваженіе пренращаі тся иногда ьЬ сущую безразсудность. Многія называют!» са» мое даже сумазбродетво благоговѣйнымъ дерзо ИовекіемЪ, кое отЪ чрезмѣрн го якобы изли° ш ества любочестія и упрванія на самаго себя стремится всячески приближить себя ко всевышнему Естеству и превознестъ себя свыше обыкновенныхъ И цредписанныхъ предѣловъ. ИщакЪ, по истнннѣ , заслуживаетъ То крайняго сожалѣнія, |що з^ногія пакЪ называемыя разумныя люди, наставляющія нгсЬ вЪ нравоученіи, заражаются иногда толь глу« пымЬ поползновеніемъ, не размѣряютъ всѣ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4