Д р а м а. 7 і утра до вечера лепетала. Это давнишняя мода. Поди, продай его, и не бери ни больше , ни меньше тринадцати талеровъ. Ко р ри. АхЪ, Боже мой! . . . бѣдной Жако! у нас'Ъ ничего, кромѣ этой птицы не осталось. Георгъ. По этому-то самому и принадлежитъ она моему отцу. Ксури. Она у меня всегда изо рта клевала. . Г еоргъ. Вспомни, что мой отецЪ голоденЪ и вЪ крайности. Кс ури. ТакЪ и быть. . . разлучимся, любезной Жако! . . . можетЪ быть ты достанешься вЪ такія руки, гдѣ бу- дутЪ болѣе давать тебЪ миндалю и сахару, нежели у насЪ; но никт о столько любить тебя не будетЪ.- Г еор гъ. Ты знаешь, какЪ я и самЪ люблю эту птицу. Нѣкогда она доставляла мнѣ невинное удовольствіе ; но чтожЪ дѣлать! Ксури. Бѣдной Жако, прощай! (уходятЪ оба вЪ хижину) . Кон ецъ втораго дѣйств ія.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4