ей самыя тайныя свои мысли , когда законъ тайны не обязывалъ его къ молчанію. Онъ ей дозволялъ имѣть участіе въ о т правленіи дѣлъ и старался особливо наставлять ее на путь спасенія. Онъ безпрестанно старался приводишь въ совершенство усердіе ея къ вѣрѣ душеспасительными наставленіями, а наипаче добродѣтельными примѣрами. Но онъ прилѣжно остерегался при семъ случаѣ , чтобъ не дѣлать ей какова принужденія , ко- тороебъ могло ее отвратишь ошъ того , вѣдая чт о въ такихъ случаяхъ добрые совѣты гораздо сильнѣе, нежели ревностное понужденіе; а на мѣсто того употреблялъ другое средство , т о есть молился Богу во внутренности своего кабинета съ святымъ желаніемъ, чтобъ видѣть славу Божію на такой особѣ, которую онъ почиталъ за другаго себя , и приказывалъ притомъ и другимъ объ ней молишься, а наипаче въ т о время, когда она имѣла причащаться тайнамъ Божіимъ. Что касается до его дѣтей , т о онъ предпріялъ намѣреніе употребить собственное свое стараніе объ ихъ воспитаніи, чтобъ здѣлать ихъ больше достойными Царства небеснаго, нежели зем- наго, которое обѣщалъ ему промыслъ Божій. Изъ писемъ его видѣть можно, что онъ почиталъ то за важное дѣло, чтобъ дашь знать о себѣ и сдѣлаться любимымъ заблаговременно: чего ради онъ вступалъ въ переписку съ Герцогомъ Брет анскимъ, коего разумъ выше лѣтъ его , казался ему быть къ тому способнымъ. Онъ вступалъ съ нимъ въ разговоры, чтобъ узнать его склонности, и поправишь бы ихъ,, ежели онѣ клонились къ худу, ли бо укрѣплять ихъ въ немъ, когда онѣ простирались къ добру. Чегобь мы не могли ожидать отъ такого ученика* воспитаннаго отъ такого разумнаго учителя? Богъ насъ не удостоилъ такого щаст ія , и мы должны о томъ воздыхать , или паче п л ак ать , чт о грѣхи насъ до того не допускаютъ, ч • \ 250
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4