РЕВОЛЬВЕР Хозяин вынул револьвер из кармана и положил под подушку. В последнее время он делал так всегда, когда ложился спать. Револьвер устал: день выдался на редкость напряжённый. «Нельзя спать, нельзя...» - подумал он, но под подушкой было так тепло и уютно, что револьвер и не заметил, как ему начал сниться сон. Причём самый сладкий. Револьверу снилось масло. Очень много ружейного масла. И в это масло его опускали. Оно со всех сторон своей благодатной массой проникало внутрь, и револьвер начинал смеяться от наступившего счастья и лёгкости. А потом его вынимали из масла и начинали протирать, и каждая последующая тряпица казалась мягче и нежнее предыдущей: за ветошью следовала фланель, за фланелью бархат, за бархатом... «Бах-бах-бах!..» - револьвер как подбросило. Сон в клочья! Судорожно дёргался спусковой крючок, дуло плевалась пулями, всё заполняя дымом. «Выследили всё-таки, сволочи! Окружили! Но живым вы меня не возьмёте! Бах-бах-бах-бах!..» ШУТКА Шутка умерла. Юная, чистая, бесхитростная - вся открытая миру, она не выдержала равнодушного безмолвия. Люди её просто не поняли. Их каменные лица не озарила даже улыбка. Похороны были скромные и малочисленные: несколько родственников, группа знакомых. Пришёл седобородый анекдот, вертлявый каламбур, старушка-сатира... Прощальное слово произнёс школьный учитель покойной - одетый во всё чёрное - юмор: - Все мы смертны, - вздохнул он. - Но нам уготован ад, где черти будут ржать над нашими остротами. А это невинное создание - уже в раю. Она на земле не сумела никого рассмешить и на небе не сможет. Ангелы не смеются. 317
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4