вали в качестве бесплатной рабочей силы на шлифовке корпусов подшипников. Работа была грязная и муторная. Зато по вечерам можно было гулять по столице. Особенно манила «Таганка». В тот вечер там как раз давали «Гамлета». Лишние билетики начинали спрашивать уже в метро. Понятное дело: спектакль был самый-самый —с Высоцким в заглавной роли. У центрального входа —столпотворение! Но за утлом оказался ещё и служебный, где, покуривая и балагуря, стояли какие-то люди. Отдельные лица были узнаваемы: Золотухин, например, с тростью. И тут появился Высоцкий. Так и хочется написать по законам жанра: огромный, широкоплечий!.. Но нет —маленький, в курточке, шмыгнул в дверь. Видимо, доложив о своём приходе, вновь вышел и пристроился к Золотухину как раз напротив меня, предоставив возможность пожирать его глазами. Если б в тот момент мне поднесли контрамарку на спектакль, я бы отказался: не мешайте смотреть!.. 96. К 69-му году отец, наплававшись на лодке, решил осесть на берегу. Так у нас появилась дача в деревушке Грезино неподалёку от Оргтруда. Этот домик в деревне был куплен рублей за 300-400. Конечно, он требовал реконструкции, но родители без всяких ремонтов сумели в нём прожить до конца 90-х. Дом стоял па юру, за его садом-огородом было небольшое поле и грибной лес. В получасе ходьбы —три озерка, а дальше Клязьма. Вединственной комнате дома была русская печь (так и не растопленная нами ни разу за все годы), буржуйка (эта всегда выручала), старинное зеркало в стене, пейзаж неизвестного художника и икона в окладе. Ещё был щелястый двор и две терраски, одну из которых мы с отцом быстро сломали. Уединённость дачного житья нарушал лишь случайный мотоциклист да оргтрудовские старушки-богомолки, чья тропинка в давыдовскую церковь проходил мимо наших владений. 62
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4