Меж базальтовых скал и жемчужных Шелестят паруса кораблей. Быстрокрылых ведут капитаны, Открыватели новых земель, Для кого не страшны ураганы, Кто изведал мальстремы и мель... Вот я и говорю, что одна лекция таких людей, как Индиец, даёт слушателям в сто раз больше, чем курсы, прочитанные самыми добросовестными преподавателями. Не обязательно в плане знаний (знания человек может и сам приобрести), а в смысле приобщения к литературе. 81. Дорасскажу историю с Индийцем до конца. Как-то мой друг Павел Сергеев спросил: «А помнишь, к нам в класс приходил Игорь Авдиев?» Так я узнал имя индийского гостя. А спустя какое-то время и что-то большее о нём. Оказывается, это был ближайший товарищ самого Венедикта Ерофеева (или просто Венички), проходивший в его бессмертной поэме «Москва —Петушки» как черноусый: «—А... Разрешите задать вам один пустяшный вопрос, —сказал черноусый сквозь зубы и сквозь бутерброд в усах; он опять обращался только ко мне. —Разрешите спросить: отчего это в глазах у вас столько грусти?.. Разве можно грустить, имея такие познания! Можно подумать —вы с утра ничего не пили!» Веничка учился во Владимирском педагогическом в 1961-1962 гг., подрабатывая грузчиком и рабочим ЖКХ стройтреста. Из института его быстро выгнали за то, что, не стесняясь, носил под мышкой Библию и, как магнит, притягивал к себе молодёжь. Почему-то начальство особенно возмущали его белые тапочки. В апокрифах владимирского жития Ерофеева была такая прокурорская фраза: «Раньше нашу землю попирали сапогами фашистские захватчики, а теперь её топчет своими тапочками 52
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4