307. В этом году я уже отчаялась дождаться весны. Её ждать почти так же долго, как и тебя (только не так безнадёжно). Лишь однажды твой приезд был неожиданным, это первый раз. А остальное время я тебя всегда ждала. Всё время ждала, хотя по моим словам и поступкам не скажешь, что я думала только о тебе. Когда провожала на вокзале, то знала, что напишу, но твоё письмо было не таким, как я ожидала, на него надо отвечать, а я не могу. Я знаю, что ты чувствуешь себя виноватым, мучаешься. За что? За то, что ты любишь меня иногда? Ты знаешь, это не зависит от того, где мы живём —в Минске, во Владимире или на Северном полюсе. Яждала тебя всегда (а не периодически), нона сей раз мне тоже было тяжело. Тоже почувствовала, что ты приедешь, будешь сидеть, мучиться, а я что должна делать?.. Всё это глупо ужасно. И вообще наши отношения похожи на глупую игру. Тебе бы надо самому в себе разобраться. Я тебе не помощница в том, чтобы определить твоё отношение ко мне. Ты спокойно можешь допускать, что я буду с кем-то другим, чуть ли не мечтаешь об этом. Видимо, это дало бы тебе какой-то выход. Ты ждёшь какого-то конца? Какого?.. Ты прости за зачёркнутое: у меня больше нет сил переписывать, это пятое письмо. Так вот, ты меня не любишь, стало быть, мне не на что тебе отвечать. Значит, незачем продолжать эти отно- шения, это просто невозможно, иначе опять будет какая-то недоговорённость, непонятость или ещё хуже—ложь. Я чувствую, что пишу что-то не то, но я не могу более толково выразить свои мысли. Конец не бывает «какой-то», это конкретное понятие —конец. Это письмо не требует ответа. 202
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4