268. И вновь возник человек в замшевой куртке. Не сводя с меня своего гипнотического взгляда, он вытащил из кармана гранёный стакан: —А сейчас-то вы выпьете? Не хотите за Ахматову (я, знаете, тоже не очень-то за неё хочу), давайте за Эйнштейна, за «е», так сказать, равное «эм це квадрат». И он достал из своего необъятного кармана новую бутылку. —Вижу по взгляду, молодой человек, вы удивлены: как это возможно в столь раннее время достать бутылку «Хереса кубанского». Можно! Опять же если идти криволинейными путями. У проводника проходящего поезда —можно достать. И я достал. Он сунул стакан в мою руку и наполнил его наполовину: —Ну, за несчастную любовь! —и чокнулся со мной своей бутылкой. Я выпил. Пахучая влага приятно разлилась по пищеводу: —А почему за несчастную?.. —Потому что любовь приносит нам одни несчастья. То мы мучаемся, что любимая уехала и нам её не хватает. То, что вернулась, но как-то неправильно кривит рот. Потому что мы знаем, что девушка нашего воображения никогда так рот не кривит, он у неё вообще в два раза меньше по размерам. Но даже если у неё со ртом всё более-менее, —Боже мой, что исходит из него: не попрёки, так банальности. То она смотрит на тебя, как взрослая женщина на маленького мальчика, то изображает из себя восторженную девочку, впервые увидевшую какую-нибудь птичку или ромашку. Вижу, вы со мной не согласны? Хорошо: вот вы сидите тут и ждёте свою любовь... —Нет, я жду самого себя. —Не понял?.. —Я приехал не тем рейсом, поэтому меня никто не встретил. И вот сижу и жду своего правильного приезда. 168
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4