Ещё Кентавр любил без особых выгибонов «взять лист бумаги, вычертить строку и, как в болезнь, уйти в воображенье». А то и: «взлететь и, задыхаясь на лету, увидеть материк стихотворенья». «Уж не инопланетянин ли? » — мелькала мысль». «Лётчик. Он тогда частенько столярничал в подшефной школе, любил запах свежераспиленного бруса, поэтому постоянно пилил, точил и шкурил. Сам себе выстругал лыжи —скорости несусветной!.. К нему даже из сборной приезжали: «Продай!..» А он: «Ни за что не продам! Я их вам так подарю». Однажды приходит на Студию прямо из своей мастерской: в волосах стружка запуталась, брови опилками припорошены, а в зубах три гвоздя зажаты (видно, сколачивал ящик, да второпях забыл выплюнуть). Мы ему лишь намекнули на это, так он побледнел сразу: «Выходит, что украл я эти гвозди у школы?..» Мы его, конечно, успокаивать стали, мол, подумаешь, три гвоздя —не ящик же!» «Нет, —говорит Лётчик. —Буду отвечать по всей строгости закона. И по «02» звонить начинает. Так от звонка до звонка свой срок и отсидел». Ещё в сненгазете был тест с вопросами типа: «Вы сидите в гостях, и вам хочется съесть маринованный помидор, но Вы не знаете как: а) рискнёте разрезать его ножом; б) подождёте, когда сосед возьмёт, и повторите его действия; в) как бы случайно уроните помидор на пол и под столом быстро съедите». 207. В79-м в партийной газете «Призыв» появилась статья «Запланированные комплименты» с критикой нашей Студии. Написала её молоденькая журналистка, бывавшая у нас. Статья была без фамилий, с одними намёками: мол, пришёл на Студию рабочий паренёк —затравили, сами же вообразили себя некой элитой, потеряли связь с советской реальностью, пишут про каких-то инопла125
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4