Она жила в доме № 63 —добротном, двухэтажном —в одной из его коммунальных квартир, имея две небольшие комнатки и маленький садик под окнами. Но о подробностях моей кольчугинской жизни —позже. Я ещё не огляделся на минском вокзале. 8. Добротное здание в стиле неоклассицизма, разрушенное немцами при отступлении и восстановленное после войны. И пять букв на крыше: «МIНСК». Если бы не они, растерянность моя была бы ещё большей: где я, что со мной?.. Но именно эти буквы своей лаконичностью придавали мне если не уверенность, то необходимые силы для движения по перрону. Особенно почему-то радовала точка над I. На первом этаже меня встретил зал ожидания. Я сел на один из его жёстких диванов. Посмотрел на часы: 4 часа Об минут. 9. Когда мне исполнилось два года, офицерам советской армии, несущим службу в Германии, разрешили воссоединиться с семьями. Этому событию в июне 53-го на территории ГДР предшествовала попытка путча. Отец рассказывал, как до глубокой ночи в пивных сидели немцы и что-то активно обсуждали. Но пивными дело не кончилось: в забастовках приняло участие свыше 430 тыс. человек, было убито —40 (в т.ч. полицейские и партийные активисты страны), ранено —400 человек, арестовано и задержано —более 9 тыс. По Восточному Берлину прокатились наши танки. И всё-таки переворота не случилось: нашлись здоровые немецкие силы, которые с нашей и Божьей помощью утихомирили ситуацию. Таким образом, разрешение на наш с мамой приезд к отцу было, с одной стороны, стремлением властей упрочить советскую семью, с другой —укрепить боевой дух армейского командования: если бы немецкие восстания вспыхнули вновь —офицерам было бы что защищать —своих жён и детей. 9
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4