165. Из столовой нас не выпускали. Построили в ряд, в котором на свою беду я оказался первым. Подошёл майор и, уставившись в моё лицо выпученными глазами, стал орать: «Офицерские шапки понакупали, на дембель собрались! Я вам покажу дембель, вы у меня 31 декабря домой поедете!.. А сейчас —вон отсюда —снег чистить!» И вновь небольшой комментарий. Да, я купил (на свои деньги!) новую шапку, даже офицерскую. Потому что не хотел позорить нашу Армию: ведь старая —с длинными ушами (принятая поначалу за бракованную) поизносилась. Насчёт отправки домой. В соответствии с приказом министра обороны меня обязаны были уволить из Армии в текущем году. Поэтому командир полка мог своей волей задержать мой отъезд, но не далее как до 31 декабря. С 12-м ударом кремлёвских курантов его чары прекращались. И это не всё. На полковой вечерней поверке майор долго и туманно говорил о том, что через зри дня начинаются отправки, но не все хотят уехать по-хорошему... А когда он в тот же вечер явился в нашу роту, чтоб пожелать спокойной ночи, но только не тем, кто злостно нарушает воинскую дисциплину, я понял, что, как писал один поэт: «За мной одним идёт охота». 166. Всю ночь я не спал. Да мне плевать было, что —31 декабря!.. Я за родителей переживал. Ведь им уже было написано про дату отправки. Теперь, если я не приеду в срок, они решат: что-то случилось (самолёт разбился!). А предупредить их я никак не смогу: письмо дойдёт самое лучшее дней через пять, а мобильных телефонов тогда не было. Конечно, существовал телеграф, но до него ещё надо было добраться. Можно было попросить кого-нибудь из офицеров... Но эта мысль пришла мне в голову только сейчас. В общем, переживал я. 100
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4