b000002543

67 местности решительно не видал. А леса, бор, поймы — ходи всю жизнь не находишься, гуляй не нагуляешься, гляди не наг глядишься». В том же письме он рассказывал, как он организовал по случаю отъезда Н. П. Дианина пение хором: «.пели прощанье охотника, Катя за первого тенора, я за второго, Федор 1-го баса, Никола второго. Перепели все что знали». Эти хоровые упражнения доставили великое удовольствие давыдовским жителям, которые от любопытства «чуть окон не высадили» Бородины выехали из Давыдова 16 сентября… Лето 1878 года Бородины вновь проводили в Давыдове, куда они уехали в июне месяце. До конца июня они жили у П. А. Дианина. В эти первые недели летнего отдыха у Бородина не было рояля — он не хотел больше брать с собою рояль А. С. Протопопова, которым раньше пользовался, ввиду недовольства собственника рояля поломками, случившимися в 1877 году. Кроме прогулок и отдыха, время Александра Порфирьевича было тогда занято составлением «Листиа-ды», как назвала Екатерина Сергеевна статью о знакомстве с Листом, написанную на основании упомянутых уже «листовских» писем и некоторых других данных. При жизни Бородина «Мои воспоминания о Листе» не были опубликованы в первоначальной редакции. В конце июня 1878 года мирная жизнь Бородиных была прервана страшным пожаром, приключившимся в Давыдове. Загорелось ночью (около 4 часов утра) в соседней деревне и перекинуло ветром огонь на Давыдово. Бородины, их квартирохозяин и домочадцы едва успели выбраться из дома, как этот дом также загорелся. Ввиду сильного жара пришлось уйти в соседнее поле, где с Екатериной Сергеевной, страдавшей агорафобией, сделалось дурно. К утру Бородину при помощи А, П. Дианина и его братьев удалось найти временное пристанище для Екатерины Сергеевны, их воспитанниц и прислуги в соседней деревне. Сам же Александр Порфирьевич и А. П. Дианин улеглись отдохнуть