b000002542

носимо. Все». Заметьте, какая подпись: «Все». Значйт, все осуждают! — Кем обнаружена записка? — крикнул Мурка. — Это не имеет значения. — Товарищи! — Мурка поднялся с места. — Я пред- лагаю обсудить поведение Блюстицкого как инсинуато- ра. Он сам, по-видимому, написал... — Прошу собрание оградить меня от подобных подо- зрений! Записку нашел Вадим Тартыжов и передал мне. Я повторяю вопрос: что же нам скажет секретарь фа- культетского бюро Рогова, когорую в этой подозритель- ной группе 'называют «юс большой»? Пусть она объ- яснит! Тоня поняла. Значит, Вадим... Он мстит ей за себя или за Аську, но маскируется. Это подло. Что делать? Факты выглядят просто убийственно. Откуда взялась записка? Потребовал слова Витька Лѳдочкин. Тоня испѵга- лась за него. Сама она в этот момент не смогла бы го- ворить. Витька с полным самообладанием, которое, должно быть, шло от легкомыслия, взял из рук Бориса злосчаст- ную записку и показал ее присутствующим. — Товарищи, поднимите, пожалуйста, руки, кто участвовал в создании этой записки. Ни одна рука не поднялась. Подмигнув залу, Витька обратился к Борису: — Как видишь, ее писали все, за исключением при- сутствующих. А сегодня, между прочим, явка полная! В зале засмеялись. — Мы говорим о дружбе, о товариществе, о взаимо- отношениях. Так? Я буду краток, товарищи, ибо во мно- гом^ глаголании несть спасения. Так вот, дорогой това- рищ, — кивнул он Борису, — записка, которой ты тут потрясал, написана лично мной. Как ни прискорбно, а придется признать мое авторство: почерк! А слово «все» — это не подпись ста пятидесяти миллионов, а всё. Мысль, что «все кончено». — А что между вами кончено? — подхватил Блю- стицкий. — Не то, на что намекаешь, Боренька! — Видишь ли, я забыл твой девиз: «Осторожность — мать безопасно- сти», и написал записку шутки ради. Тартыжов попросту