b000002542

к вечеру колонна вышла в степь. Погнали их прями- ком через иоле, к намеченному ночлегу. Идти стало еще труднее: поле было утыкано кочками кормовой свеклы,— никто ее так и не убрал. По примеру других пленных Андрей, не останавливаясь, ударял носком ботинка по торчащей верхушке с ботвой, выбивал из мерзлой земли, подхватывал на ходу и грыз. Некоторые из пленных, вконец истощенные, падали, несмотря на поддержку более выносливых товарищей, и тогда где-то сзади колонны тарахтела короткая оче- редь. «Убийцы!» — в голове у Андрея шумело, ноги под- кашивались, но двое соседей-солдат поддерживали его под руки. «Потерпи, браток, — уговаривал один из них, пожилой, из сельских. — До ночлега недалеко. А упа- дешь — сам знаешь...» И Крутов, как во сне, переставлял затекшие ноги. Очнулся в темном сарае, уткнулся в изнеможении вместе со своими товарищами в затхлую солому. Несмотря на усталость, заснул не сразу. За стеною сарая слышалось нудное пиликанье губной гармоники, сначала одной, потом сразу нескольких, и возникла странная песня на чужом языке. Немец пел по-тирольски, забираясь на верха, пел неумело, и Андрею казалось, что тот гіросто петуха пускает. Тирольца поддержал другой, поопытнее, и потянулась чужая, незнакомая этому краю мелодия. Сквозь сон Андрею представилось, будто поют не люди, а злые неведомые марсиане Уэллса. «Борьба ми- ров...» — шептал он пересохшим ртом. Кажется, бредил. В госпиталях не залеживались. Вме- С ПОСЛЕДНИМ сте с Мишей Тимковым выписалась ЭШЕЛОНОМ целая группа, с направлением на Краснодарский участок фронта. То- ня решила ехать с ними на электричке Пятигорск — Мин- воды, — снова посмотреть списки. И надо же: только вы- шла, как с босоножки слетела «люстровая» застежка. Пока вернулась за иголкой, электричка с ребятами от- правилась. Пришлось дожидаться следующую. «Эх, так и не попрощалась с ребятами, даже с Мишей». Перегруженный поезд, в который попала Тоня, оста- новили почему-то посреди поля. Вышедшие из вагонов