Только сам оказался он, как под конем. Пусть не пуля —гранату готовь, только вновь дзот пальбою ощерился зло, но не все, значит, стрелы где-то над головой просвистели, если брызнула кровь на покрытое потом чело. Долетала атака — то грохот, то спад... Вот какою гора эта стала, и полка уже, кажется, мало чтобы взять! Чолпонбай, стой. Ни шагу назад. Уже сам он — стрела, а гора, будто лук, тетиву натянуть бы всего лишь, шагов несколько сделать всего лишь, да не выронить бы автомата из рук. Всего лишь — и на миг перед ним поплыла, долина Таласская просверкнула, дым над кровлей родного аула, и орел распластал два широких крыла. 26
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4