ЖЕНА БРУТА Дух —он всегда главенствовал над телом, тюремщики, ну что бы им понять? Хотели взять участьем оголтелым привыкшие пинать и распинать. Вот Порция, пришлось ей в жизни круто, гордячка, римлянка, — но рвется нить. Жена и друг трагического Брута за ним спешит, в тот мир. Не хочет жить. Насильно кормят и поят насильно, а что душа на уголь сожжена, им невдомек. Кивают ей на сына, не спят —она и ночью не одна. — Жаровню мне подать и благовоний, я тело умащу. За ней следят, вот масло вносят, ставят на жаровню, и угли темно-красные чадят. Как вдруг она их пригоршню хватает и —в рот, и, раскаленные, глотает! 119
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4