Р А Б Триера летела без паруса, ровно стрела, горели в мозолях ладони раба-работяги. Эллада свободная жить без него не могла, он был ей мотором на взрывчатой мускульной тяге. Он был продолженьем весла: «Заноси —налегай!» Он мог бы пропеть «Илиаду» не хуже рапсода, он зваться бы мог Демосфен или царь Менелай— он раб до кончины. И нет никакого исхода. Как пламя поджога, во тьме загорелся зрачок, насупился эллин от этого страшного взора. «Я тоже Геракла из мрамора высечь бы смог!» Но время еще не пришло. И наступит нескоро. «Вы там, наверху, вашей палубой свет перекрыт, а мы истлеваем на веслах. Вам только одним бы 98
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4