b000002515

ра знородны іъ элемёытовъ и обрусились подъ влія ніемъ Варяго—-Руссовъ, к акъ болѣе развитыхъ ме­ жду тогдашними полудикарями. Что же остается дѣлать, при такой обстановкѣ изслѣдовапія объ нашихъ предкахъ, обитавшихъ въ древией суздаль­ ской области, когда они псгруигены были въ глу ­ бокое невѣжество, не знали грамотѣ и не сохранили никакихъ псторическихъ памятниковъ о своемъ мѣ - стопребываніи? Чтобы разрѣшнть этотъ вопросъ, болѣе поДожительн'ымъ образомъ, нужно по крайней мѣрѣ, но возмояіностн,5 изслТдовйть тѣ данныя, о коихъ говорятъ найіи лѣтеписцыі Конечно наши лѣ- тописи, или прочіе ййсьмеииые памятники дрСвнято иароднаго быта , составлялись большею частію въ мѣстахъ уедипенія и молитвы, гдѣ мирные иноки, описывая жизнь благочестивыхъ сподвижпиковъ, нерѣдко касались особенно важныхъ событій Того времени, совершившихся во время ихъ жизни, или по одному лишь нреданію. Первымъ изъ таковыхъ дѣятелей, былъ монахъ Кіево-печерской Лавры преподобный ІІесторъ, жйв- шій въ первой половинѣ XI столѣгія. Несторова лѣтопись дошла до насъ въ разныхъ спискахъ и до ныиѣ почитается основаніемъ > Русской И сторіи съ IX вѣка. Св. Несторъ повѣствуя о событіяхъ въ древгіей Россіи, многое почерпнулъ изъ византійсКИхъ писа­ телей, такъ что самыя русскія произшествія н е - рѣдко смѣшиваются съ народными сказаніями о другихъ націоналыюстяхъ. Вѣроятно, что у св. Не-