b000002502

изъ крестьянъ какъ это бывало въ другихъ мона— стыряхъ, въ Ризположенскомъ монастырѣ не бы- ло,—жилъ только одинъ дворникъ, которому пла- тили въ годъ по 1 руб. „за часовожденіе монастыр- скпхъ колоколенныхъ часовъ" (нынѣ уже не суще- ствующихъ). Особыхъ рукодѣлій въ родѣ золотошвейнаго, какъ промысла, могшаго давать средства къ жизни, въ монасты.рѣ не было, монахиии занимались только „пряжей" (какъ значитея въ описи XVIII ст.). Правительство въ XVIII вѣкѣ, назначая скудное жалованье монастырямъ, требовало, по мысли ІТетра І-го, чтобы монастыри несли наравнѣ съ прочими государственными и общественными учрежденіями государственную службу и доставляли матеріальную пользу государству. Исходя изъ того )гбѣя\денія, что монастырскія имѣнія суть имѣнія нищихъ, пра- вительство того времени заставило монастыри уст- раивать благотворительныя заведенія, брать на свое содержаніе нищихъ и калѣкъ, подкидышей, а затѣмъ послѣ шведской войны 1701—1721 года, когда скопи- лось много увѣчныхъ и больныхъ отставныхъ сол- датъ, правительство издало цѣлый рядъ указовъ, коими предписывалось принимать въ монастыри на монастырское содеря^аніе больныхъ и увѣчныхъ воиновъ, иногда даже семейныхъ. Такія лица ,,изъ отставныхъ" жили и въ женскихъ монастыряхъ, въ томъ числѣ и въ Ризположенскомъ монасты- рѣ. По описи, „учиненной прапорщикомъ Ива- номъ Григорьевымъ въ 1761 году“, при Ризполо- женскомъ монастырѣ жилъ отставной подпоручикъ Дмитрій Аѳонинъ, отъ роду 42 лѣтъ „изъ купече- ства“, женатый ,.на солдацкой дочери“, отставлен- ный изъ полку „за слабостію здоровья“; онъ гіолу-