Вспоминая былое… Публикация из фондов Владимирской областной научной библиотеки 71 Он от нас не требовал зубрежки и располагал к углубленному изучению художественных произведений и самой личности писателей, зачастую выходил в своих объяснениях за рамки учебника, знакомя нас и с другими учебными пособиями. Это был очень приятный по внешности, средних лет холостяк - москвич по рождению и воспитанию, нежный сын, проживавший со своей матерью старушкой. Среднего роста, изящных манер, всегда выдержанный, тактичный, приветливый и даже ласковый, он был любимцем своих учеников, их воспитателем не только преподаванием, но и воем своим поведением и обращением с людьми. Неизменно доброжелательный, он всячески помогал малоуспевающим ученикам, да таких у него и не было. Очень чуткий, он был участлив в горе и, как мог, помогал советами, помощью и заступничеством. И если гимназия прививала нам чувства такта, воспитанности и просто внешней чистоты и опрятности, то в этом большая доля влияния принадлежит Сергею Константиновичу. И все к нему относились с уважением, не смея допустить какую-либо грубую шалость, чем-либо оскорбить или раздражить С. К., и он чувствовал и ценил такое отношение. На его уроках ученики чувствовали себя легко и просто, но отнюдь не злоупотребляли его снисходительностью, и из уважения к нему не допускали никаких шалостей или грубых выходок. Наоборот, он порой приводил нас в восхищение и своим мягким обращением и даже подкупающей внешностью. Помнится, как однажды классе в 7 наш Коля Байцуров - очень резвый пансионер - в порыве своего восторга подбежал на уроке к С. К. и, обняв его, расцеловал на глазах всего класса. С.К. растерялся, покраснел и ответной улыбкой благодарил, не принимая это за обидную фамильярность. Он очень не любил неряшливость не только в поведении, но и в одежде. Часто журил ученика, пришедшего на урок с худым локтем на тужурке или с густыми космами волос. А чистяков особо отмечал, называя их «Милашка». Помню, как однажды в весенний урок он сказал мне: «Как ты "милашка" прошел мимо моих окон по другой стороне улицы с какой-то очень хорошенькой девушкой, я залюбовался на Вас». Видя, что я смутился, он продолжал: «Гуляй, гуляй, "милашка". Ведь это так облагораживает». А не говорил, как бы сделал другой: «Гуляй, гуляй, дескать, поменьше с девушками, а больше учи уроки».
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4