b000002491

нечем. Ограничились мы тем, что умылись с дороги мстерской водой и утерлись одним полотенцем. Вся наша программа была выполнена. Вскоре вернулся Мольков, и мы поехали. Мстера щедро отдала нам все, чего мы от нее пожелали, и ос- тавалось только от души поблагодарить ее. Конечно, путешественники не отыскали заколдованных кладов, не приобрели во Мстере даже самых простых сувениров. Но зато души обогатились непреходящими сокровищами, которым вполне мог бы позавидовать любой романтик-искатель. На Молькова по- том обижались другие коммунары: — А почему нас не взяли? У белого двухэтажного дома, что стоял неподалеку от выезда, Борис Владимирович притормозил и остановил машину. Это ему понадобилось затем, чтобы произнести самую длинную за всю до- рогу речь: —Сюда, ребята, провожал я девушку, мою первую любовь. Тоже наша коммунарка была. Зиной звали. Далековато было провожать, а мы не замечали расстояния. И частенько, обнявшись, просижива- ли под моим пиджачишком на этом крылечке до алого рассвета. Когда выехали из людной Мстеры, нежаркое солнце еще стояло довольно высоко. Миновали мост через чистую реку Тару, словно пересекли некую пограничную линию. За рекой начинались скошенные пойменные лута с зеленым ковром отавы. Паслись стада коров, коз и овец, а далее на возвы- шенности были дремучие владенья хвойного леса. На тихой лесной окраине, примыкавшей к дороге, виднелись железные оградки, каменные обелиски и поросшие травами хол- мики мстерского кладбища. Вечный покой ушедших из этого мира людей охраняли вековые сосны пирамидальные ели, что торжест- венно стояли навытяжку, будто бессменные часовые. Немало моих друзей легло на этом тенистом лесном кладбище, и я поклонился их могилам. Хорошему они меня научили в жизни, мои товарищи. Я уверил путешественников, что должен один пойти туда, на безмолвное свидание, а их попросил свернуть с дороги в лесную чашу, где, как я знал, была грибная полянка. Они так и сделали. Сколько проходил я среди каменных плит и обелисков, не могу сказать, а когда вышел на дорогу, она была тиха и пустынна. Синюю машину я отыскал среди сосен, на краю опушки, а в стороне, у самой