b000002491

причесанный, взволнованный. Бондарев спросил меня: — Сколько тебе понадобится времени? У меня был приготовлен отрывок из двадцати страниц. Я по- просил полчаса. Староста скомандовал: — Давай, выкладывай. Да о себе скажи несколько слов. В четыре короткие фразы уложил я автобиографию и начал читать. В это время в комнату вошли трое незнакомых людей: двое мужчин и женщина. Возник шум, пока они рассаживались. Я остановился. — Читай, не смущайся, — приободрил председательствующий. Как после выяснилось, женщина оказалась корреспондентом выходившей в Москве на немецком языке газеты «Московское обозрение» — «Москауэр рундшау». Все трое с интересом слушали мое чтение, высказывания кружковцев, задавали Бондареву мно- го вопросов, подробно интересовались всем и провели в «Вагран- ке» целый вечер. Женщина что-то старательно авторучкой записывала в малень- кий черный блокнотик. На следующем занятии Марк Эгарт дружески обнимал меня: — Поздравляю. Ты теперь — наша надежда. Он принес газету «Московское обозрение» и всем показал на- печатанный в ней очерк о занятиях «Вагранки» с доброжелатель- ным разбором отрывка из моей повести «Сухари». Теплые слова были высказаны в газете и о других кружковцах. Какова была на самом деле моя повесть, плоха или хороша, — •это другой вопрос. Но тот факт, что она обсуждалась, и о ней одоб- рительно отзывалась московская пресса, имел для меня прямо-таки колоссальное значение. С тех пор в кружке ко мне стали отно- ситься с большим уважением, признали равноправным вагран- щиком, вот в чем заключалось самое главное. Друзья искренне радовались за меня. Как важна была эта моральная, психологи- ческая поддержка! Она укрепила сознание того, что при желании и упорстве и я смогу достигнуть чего-то хорошего. Яков Шведов сказал тогда мне: Это твое первое боевое крещение. Так и держись. — Здорово получилось. Я слушал напутствия друзей, они западали в душу, как слова са- мых близких мне людей. Друзья, как я понимал, выдавали аванс под мою молодость и нарочно подкарамеливали, а все же слушать было