b000002491

Сам я ни минуты не сомневался, что мой роман не хуже многих других произведений, даже интересней их. А что? По крайней мере, те старые книги, которые попадались мне под руку, что они? Герои в них пили, ели, в церковь ходили, занимались разными пустяка- ми, ссорились без причины, портили друг другу жизнь. Ну, кому из нас нужны были такие книги? Стряпать такие романы, думалось мне, совсем нехитрая работа. А вот описать, как юный русский герой, рискуя жизнью, помога- ет в Африке бедным неграм в их борьбе за свободу — это совсем другое дело, это, брат, посложнее. Рано или поздно о журнале «Родник» и о романе «В джунг- лях Африки» всерьез заговорило все село. В нашу избу почи- тать знаменитый роман валом валили люди. Некоторые из них спрашивали: — Неужто, Сережка, ты все это сам сочинил? — Сам, — гордо отвечал я. — А то кто же? — Ну и хват, — говорили они, разводя руками. — Крой далыпе!.. Отрывки романа посылал я отцу в Москву. И вот что удивитель- но: там читали мою ребячью писанину серьезные, суровые и даже грубые люди —штукатуры, что жили вместе с отцом в общежитии на Болоте, но ни один из них не высмеял эту вещь, не сказал про нее, что, это, мол, пустяковина, безделуха, маранье бумаги, дет- ская блажь. Все они читали и слушали ее с глубоким пониманием и сочувствием. Как же мне не ценить было великую деликатность моих дорогих земляков! Что там выходило из-под моего пера — это уж другое дело, но факт остается фактом — в течение двух лет в журнале «Род- ник» одна за другой были опубликованы главы моего большого романа «В джунглях Африки». И в каждом номере после очеред- ного отрывка в жирных скобках стояли многообещающие слова: «Продолжение следует». Они, эти заветные слова, стали как бы девизом всей моей то- гдашней мальчишеской жизни, своеобразной клятвой верности, обещанием новых боевых походов, болыпих событий, небывалых свершений и новых увлекательных рассказов о них. И так случилось, что эти слова и эти чувства сопутствовали мне всю жизнь, И сейчас, в годы зрелости, после небольшой днев- никовой записи, статьи, очерка, после каждого рассказа и любой неоконченной страницы повести меня, по давней привычке, так и тянет написать: «Продолжение следует».