b000002491

Сначала я писал свой роман на черновике, потом переписывал начисто, причем по совету дяди Саши, правил рукопись цветным карандашом, как «правдышный» писатель. Но темп жизни нашей был уже и тогда быстрым, времени не хва- тало. Поэтому черновики я вскоре забросил, от цветных каранда- шей отказался, на правку махнул рукой и стал писать свой роман прямо набело — в журнал печатными буквами. Я был сам себе писатель, редактор, издатель, наборщик, вер- сталыцик, корректор, художник и переплетчик. Иллюстрация, оформление журнала тоже входили в мои обязанности. Одним словом, я был тогда и швец, и жнец, и на дуде игрец, подобно Баль- заку делал то, что ему выпало свершить взрослым. В романе «В джунглях Африки» автор выступал в качестве од- ного из главных героев. Я тогда, разумеется, не знал, что это лите- ратурный прием, вести рассказ от первого лица. Тут были у меня совсем другие соображения. Мне самому мечталось быть героем, человеком смелым, отважным и умным путешественником, вроде Миклухо-Маклая или жюльверновского капитана Немо, о жизни которых я узнал из прочитанных книг. Итак, я, всласть попутешествовав по планете, попал в Африку, стал бродить по джунглям, плавать по морям и африканским ре- кам, из которых по учебнику географии и по карте знал Нил, Конго, Нигер, Оранжевую. Я ездил в пустыне на верблюдах, испытывал жажду, переносил жару, песчаные бури, самумы и смерчи, ноче- вал в негритянских хижинах и на ветвях деревьев, ел ту же пищу, что ели африканцы. Они для меня пели свои негритянские песни, а я им —русские: «Вот мчится тройка почтовая» и ту, что пел Иван Николаевич Шилихин — «Звенит звонок насчет поверки, Ланцов задумал убежать». Пел я им семеновские частушки и даже плясал вприсядку барыню и русского. Я очень жалел, что со мной не было гармошки или балалайки. Уж я бы им сыграл! Они слушали, смот- рели и прищелкивали языками. Чернокожим нравились наши се- меновские песни. Очень весело, задористо звучали под африкан- ским небом тужиловские припевки: Слава богу, понемногу Стал я разживаться: Продал дом, купил ворота, Стану запираться. Где мы, где мы ни бывали, Где мы ни работали,