b000002491

своей стройке в Таганке упал с лесов, расшибся. Прямо в рабочей спецовке и в фартуке штукатур-односельчанин, верный товарищ Григорий Иванович Жиров привез его полуживого, с переломан- ными ребрами на Курский вокзал, посадил в поезд, и сам при нем был неотлучно. Так они и доехали до своей станции Колокши. Тут Григорию добрые люди помогли ссадить больного старика. На Ко- локше Жиров нанял извозчика, привез друга в родное село. —Помирать приехал, — тихим хриплым голосом сказал старик побледневшей жене и послал за попом. На третий день, к вечеру, он скончался. Обо всем этом я узнал, будучи в годах, а в детстве, после мате- ри не было для меня человека милее дедушки. В редкие свои наез- ды в село собирал он ребятишек, своих и чужих, в одну кучу и то- гда не проходило для нас ни одного вечера без волшебных сказок и занятных рассказов. Он всякого понаслышался от людей, за свою жизнь повидал немало, ему было чем поделиться с внуками. И де- душка щедро раздаривал богатства своей простой, всему миру, как распахнутое окно, открытой души. Сказок он знал много и умел их рассказывать по-своему — с приговорками, шутками-прибаутками, как-то особенно певуче и складно. Быль у него так забавно перемешивалась с небылицей, что, я думаю, он и сам не знал, где кончается выдумка и начинает- ся правда и откуда все это приходило ему на память. Главное — все Унего получалось складно и здорово, а нам, ребятишкам, интерес- но. Мы любили небывалыцину, неслыхалыцину. Сказки свои он всегда начинал такими словами: В некотором царстве, некотором государстве, а именно в том, в котором мы живем... Многие сказки его я теперь позабыл, но слова эти навсегда вре- зались в мою память. Когда я подходил к печке, дедушка говорил: —Давай подсажу. При этих словах я оглядывался и смотрел на дедушку с подоз- рением. Основания для опасения у меня были веские. Однажды мама, держа в руке хлебный ножик, сказала: Этим ножом не хлеб резать, а стариков на печь подсаживать. Вот я и глядел, нет ли в руках у дедушки такого ножа. Может, им не только стариков, но и мальчишек на печь подсаживают. Но доб- рыи дедушка был, конечно, безоружен, он брал меня под пазушки